Полное собрание сочинений в трех томах. Том 3

Кидиппа.
 
 
Ужели нет другой здесь девушки прекрасной
 
И чувство в вас зажечь способна лишь одна?
 
 
Аглавра.
 
 
Ужель других искать ваш стал бы взор напрасно
 
И вас достойна лишь она?
 
 
Клеомен.
 
 
А разве для любви нужны нам рассужденья
 
И выбираем мы умом?
 
Мы сердце отдаем в порыве упоенья
 
И думать в этот миг не можем ни о чем.
 
 
Агенор.
 
 
Ума презревши указанья,
 
Мы все с волнением в крови
 
Летим, куда влекут желанья,
 
И сердцу в сладкий миг любви
 
Прилично только послушанье.
 
 
Аглавра.
 
 
Ну что же, я могу лишь пожалеть о том,
 
Что вы узнаете сердечные печали.
 
У той, что вас пленит приветливым лицом,
 
Себе сочувствия дождетесь вы едва ли:
 
В ней сердце в легкомыслии своем
 
Не сдержит ничего, что взоры обещали…
 
 
Кидиппа.
 
 
Надежда, что сейчас вас привлекает к ней,
 
За обещаньями найдет обман, конечно.
 
Вам много испытать придется грустных дней
 
От всех непостоянств ее души беспечной.
 
 
Аглавра.
 
 
То, что идете вы по ложному пути
 
В порыве чувств слепых, достойно сожаленья,
 
По качествам своим могли бы вы найти
 
Подруг и равных ей и лучших, без сомненья
 
 
Кидиппа.
 
 
Стараясь взор к другой, достойной, устремить,
 
Вы дружбу от любви спасли бы, может быть.
 
Полны вы оба свойств прекрасных.
 
Я вас из жалости хочу предупредить
 
О вашей участи несчастной.
 
 
Клеомен.
 
 
Конечно, тронуты мы вашей добротой
 
И благодарны вам за нежное участье,
 
Но оба мы должны, сударыня, к несчастью,
 
Отвергнуть ваш совет прямой.
 
 
Агенор.
 
 
О нашем тщетно вы старались бы спасенье
 
От страсти, что сейчас страшна и нам самим.
 
Когда и дружбой мы себя не оградим,
 
То не поможет нам и это сожаленье.
 
 
Кидиппа.
 
 
Так нужно, чтобы власть Психеи… Вот она!
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
 
Те же и Психея.
Кидиппа.
 
 
Вам новые, сестра, приятности готовы.
 
 
Аглавра.
 
 
Вы насладитесь здесь, сестра моя, сполна
 
Триумфом радостным своей победы новой.
 
 
Кидиппа.
 
 
Так принцы влюблены, что должно вам сейчас
 
Из уст их услыхать признанье роковое.
 
 
Психея.
 
 
Я не могла понять, зачем они средь нас
 
Лишаются всегда душевного покоя,
 
Но я подумала совсем другое,
 
Когда увидела их возле вас.
 
 
Аглавра.
 
 
Нет, ни рождением, ни красоты сияньем
 
Не в силах мы к себе вниманье их склонить.
 
Они решили нас почтить
 
Одним доверием признанья.
 
 
Клеомен (Психее).
 
 
То, в чем готовы мы сейчас признаться вам,
 
Сударыня, — безумье, без сомненья:
 
Ведь стольким вы внушали страсть сердцам,
 
И мы боимся вашего презренья.
 
Но вы не гневайтесь и к страстным сим словам
 
Имейте все же сожаленье.
 
Вы видите в нас двух друзей,
 
Которых с детских лет любовь соединяла;
 
От уважения взаимного сильней
 
С годами это чувство стало.
 
В превратностях судеб, в жестокие года
 
Выказывали мы бесстрашье в испытанье,
 
И сердца дружеского пониманье —
 
Вот чем гордиться мы могли всегда.
 
Немало в прошлом дружба выносила,
 
Но высоты она достигла лишь сейчас,
 
И вам теперь ее понятна сила,
 
Коль и любовь не разделила нас,
 
И, чувствам вопреки, у нас одно стремленье,
 
Законам дружества, как прежде, мы верны.
 
Кому-нибудь из нас свободно предпочтенье
 
Вы оказать сейчас должны.
 
Чтоб спору большее придать значенье —
 
А от него зависят и владенья, —
 
Во имя дружбы, единящей нас,
 
В руках избранника соединить именья
 
Без всякой зависти решили мы сейчас.
 
 
Агенор.
 
 
О да, сударыня! Наследственные страны,
 
Чтоб к вашим пасть ногам, сливаются в одно,
 
И, может быть, нам цели долгожданной
 
Достичь хоть этим будет суждено.
 
Мы это сделать твердо обещали
 
Для короля, для вашего отца, —
 
Всем жертвуют легко влюбленные сердца,
 
С богатством расстаются без печали.
 
Лишившегося вас едва ли
 
Утешит пышность царского венца.
 
 
Психея.
 
 
Тот выбор, что стоит теперь передо мной,
 
Способен утолить надменное желанье:
 
Вы предлагаете мне достоянье,
 
Какому равного не знают под луной.
 
Ваш пыл, и дружество, и чувства, что таятся
 
В душевной вашей глубине,
 
Прекрасны, спору нет, но лучше отказаться
 
Самой от этой чести мне.
 
Чтоб подчиниться столь прекрасной доле,
 
Нет у меня свободы до сих пор:
 
Покорна я в судьбе одной отцовской воле,
 
И больше прав на брак есть у моих сестер.
 
И если б от меня зависело решенье,
 
То примирить ваш спор бессильна б я была,
 
И никому из двух, о принцы, предпочтенья
 
Я, к сожаленью, оказать бы не могла.
 
На ваши чувства я всегда готова
 
Ответить словом сердца моего,
 
Но совершенства вы исполнены такого!..
 
Мне много двух сердец, вам мало одного.
 
При всем желании для вашей дружбы нежной
 
Мне стать преградой было б жаль —
 
Ведь одному из вас тогда б я неизбежно
 
Большую принесла печаль.
 
О принцы! Приходя к решению такому,
 
Из всех поклонников вас выбрала бы я,
 
Но может ли душа моя,
 
Обидев одного, отдать себя другому?
 
Тому, кто будет избран мной,
 
Я в жертву принесу другой души страданье —
 
На бессердечные терзанья
 
Мной будет обречен другой.
 
Вы оба блещете столь пылким благородством,
 
Что причинить я вам не в состоянье зла.
 
Чтоб быть счастливыми такого чувства сходством,
 
Любовь единое пыланье в вас зажгла.
 
Но если только вы согласны
 
Прислушаться сейчас к моим словам,
 
Вот две мои сестры — они прекрасны,
 
Ответит чувство их достойнейшим сердцам,
 
А из того, что я люблю их, ясно,
 
Что лучших жен желать не стоит вам.