Полное собрание сочинений в трех томах. Том 2

Меркурий.
 
 
Что? Что?
 
 
Созий.
 
 
Я ничего.
 
 
Меркурий.
 
 
Ты что-то говорил.
 
 
Созий.
 
 
А что? Я рыбины немее.
 
 
Меркурий.
 
 
Кого-то ты мерзавцем обругал,
 
И это я прекрасно расслыхал.
 
 
Созий.
 
 
То попугай кричал перед погодой ясной.
 
 
Меркурий.
 
 
Прощай! Когда тебе захочется хоть раз
 
Изведать палки — здесь живу я, ведай!
 
 
(Уходит.)
Созий (один).
 
 
О небеса! Когда мы в час обеда
 
Стоим за дверью, это горький час!
 
Что ж, уступи судьбы тяжелому закону
 
И прихотям ее без спора покорись.
 
Несчастный Созий! Возвратись
 
К несчастному Амфитриону!
 
Союз наш, видно, предрешен…
 
Вот господин идет, друзьями окружен.
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
 
Созий, Амфитрион, Аргатифонтид, Павзикл.
Амфитрион.
 
 
Здесь стойте, господа, и дальше не идите;
 
Когда ж настанет нужный миг,
 
На помощь мне спешите.
 
 
Павзикл.
 
 
Понятно нам, какой вас вдруг удар постиг.
 
 
Амфитрион.
 
 
Я мучаюсь, терзаюсь беспрерывно,
 
Моя любовь мертва, и в униженье честь.
 
 
Павзикл.
 
 
Но если сходство то поистине так дивно,
 
Алкмене извиненье есть…
 
 
Амфитрион.
 
 
В делах подобных, господа,
 
Ошибка есть уж преступленье,
 
И целомудрие с ней гибнет навсегда.
 
В вопросах совести решает все мгновенье.
 
Что можно разумом простить,
 
Того любовь и честь простить не в состоянье.
 
 
Аргатифонтид.
 
 
Об этом всем я не хочу судить,
 
Но ваших двух друзей мне нечем извинить,
 
От их поступка я пришел в негодованье,
 
И люди честные должны мой гнев делить.
 
Когда наш друг нас об услуге просит,
 
Мы все — защитники его попранных прав.
 
Да, Аргатифонтид друзей в беде не бросит!
 
Постыдно слушать речь, что держит к другу враг:
 
Такие действия нам чести не приносят,
 
В подобный миг должны мы помнить лишь о мести.
 
Я словопрений не хочу.
 
В подобный миг, когда вопрос идет о чести,
 
Должны мы ввериться мечу, —
 
Пусть враг останется на месте!
 
Вы все увидите, и скоро,
 
Что Аргатифонтид тверд в замысле своем,
 
И вас прошу я об одном:
 
Позвольте мне изменника и вора
 
Пронзить моим мечом!
 
 
Амфитрион.
 
 
Идемте!
 
 
Созий.
 
 
Господин! Здесь жду, став на колени,
 
Я наказания, проступок мой кляня.
 
Секите, бейте — все приму без возражений.
 
Убейте до смерти меня —
 
Вы правы будете, и ни полслова
 
Не пророню я против вас.
 
 
Амфитрион.
 
 
Встань! Что там?
 
 
Созий.
 
 
Ах, обед там в этот час,
 
Меня же вытолкали снова!
 
Наесться я мечтал, шел, как на праздник, в дом,
 
Но как обманут был в надежде:
 
Меня там ждали с кулаком!
 
Там «я» другой, слуга другого «вас», как прежде,
 
Был сущим демоном во всем.
 
Ах, неужели вас не тронет,
 
Что нам двоим — судьба одна?
 
Мы ею сближены: она
 
Рассозила меня, вас — разамфитрионит.
 
 
Амфитрион.
 
 
Ну хорошо! За мной, к дверям!
 
 
Созий.
 
 
Не лучше ль подождать, не выйдет ли кто к нам?
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ
 
Те же, Клеантида, Навкрат и Полид.
Клеантида.
 
 
О небо!
 
 
Амфитрион.
 
 
Что ж все испугались?
 
Скажи: откуда твой испуг?
 
 
Клеантида.
 
 
Да как же: в доме вы остались,
 
Но вот и здесь вы вдруг!
 
 
Навкрат.
 
 
Постойте! Видите: сюда подходит кто-то,
 
Конечно, чтобы нам все тайны разъяснить,
 
И, если только он нас сможет убедить,
 
Спадут у нас с души сомненья и забота.
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ
 
Те же и Меркурий.
Меркурий.
 
 
Да, я открою все. Чтоб не было сомнений,
 
Скажу вперед, что царь богов
 
Под этим образом, любезным вам, к Алкмене
 
Сходил с высоких облаков.
 
Что до меня, кто вам приносит весть, —
 
Меркурий я. Я здесь того побил немного,
 
Чей облик принял я. Теперь возможность есть
 
Ему утешиться: удары бога
 
Приносят не бесчестие, но честь.
 
 
Созий.
 
 
Ах, господин мой бог! Я ваш слуга, известно,
 
Но, право, мог бы и без тумаков прожить.
 
 
Меркурий.
 
 
Быть снова Созием он может повсеместно,
 
А я устал такой постыдный лик носить.
 
Лечу на небо, чтоб амброзией небесной
 
Свой образ до конца омыть.