Полное собрание сочинений в трех томах. Том 2

 
 
Да, правда, и теперь все время был он с нами,
 
Неправды тут и слова нет.
 
 
Амфитрион.
 
 
Кто приказал тебе позвать их отобедать?
 
 
Созий.
 
 
Вы.
 
 
Амфитрион.
 
 
А когда?
 
 
Созий.
 
 
Когда, придя домой
 
Супругу бедную проведать,
 
С ней примирившись, вы в восторг пришли душой.
 
 
Амфитрион.
 
 
О небо! Каждый шаг и каждое мгновенье
 
Мои страдания стремятся отягчить,
 
И я в моем недоуменье
 
Не знаю, правда где и что мне говорить.
 
 
Навкрат.
 
 
Все то, что он про вас нам рассказал подробно,
 
Настолько странно и темно,
 
Что прежде, чем вы все поймете, неудобно
 
Вам действовать и гневаться смешно.
 
 
Амфитрион.
 
 
Пусть так, вы можете мне оказать услугу.
 
Нет, не случайно вас послало небо другу!
 
Посмотрим, впереди чего я должен ждать;
 
Проникнуть в тайну я и сам хочу, поверьте…
 
Увы! Я жажду все узнать,
 
И правды я боюсь, как смерти!
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
 
Те же и Юпитер.
Юпитер.
 
 
Кто здесь не чтит земных законов,
 
Как господин стуча в мой дом?
 
 
Амфитрион.
 
 
Что вижу, небеса!
 
 
Навкрат.
 
 
О, чудеса кругом:
 
Не видим ли зараз мы двух Амфитрионов?
 
 
Амфитрион.
 
 
Моя душа потрясена.
 
Надежды больше нет, и все понятным стало.
 
И мне моя судьба ясна —
 
Все это зрелище сказало.
 
 
Навкрат.
 
 
Чем пристальней на них смотрю,
 
Ясней мне, что они во всем друг с другом сходны.
 
 
Созий.
 
 
Ах, господа, вам говорю…
 
 
(Указывая на Юпитера.)
 
 
Вот — истинный, а тот — обманщик, вор негодный.
 
 
Полид.
 
 
Да, пред таким чудесным сходством
 
В недоуменье я молчу.
 
 
Амфитрион.
 
 
Ужели верх возьмет обман над благородством?
 
Чтоб чары сокрушить, прибегну я к мечу!
 
 
(Обнажает меч.)
Навкрат.
 
 
Постойте!
 
 
Амфитрион.
 
 
Прочь с пути!
 
 
Навкрат.
 
 
Что делать вы хотите?
 
 
Амфитрион.
 
 
Отмстить обманщику за ложь мечом своим!
 
 
Юпитер.
 
 
Напрасно в гневе вы волнуетесь, шумите:
 
Кто гневается так перед лицом событий,
 
Тот этим говорит, что правда не за ним.
 
 
Созий.
 
 
Конечно, это лжец, он знает заклинанья
 
И превращается совсем в других людей.
 
 
Амфитрион.
 
 
За это ты получишь в наказанье,
 
Мерзавец, тысячу плетей.
 
 
Созий.
 
 
Мой господин, и храбрый и прекрасный
 
За верных слуг своих заступится горой.
 
 
Амфитрион.
 
 
Пустите! Дайте мне насытить гнев ужасный.
 
В крови предателя я меч омою свой!
 
 
Навкрат.
 
 
Нет, мы не можем вас пустить: мы не согласны,
 
Чтоб в бой Амфитрион вступил с самим собой.
 
 
Амфитрион.
 
 
Так вот заботитесь как о моей вы чести!
 
Мошенника друзья готовы защитить!
 
Не только не спешат со мной к единой мести,
 
Но даже мне они мешают отомстить.
 
 
Навкрат.
 
 
Для нашей воли есть препона:
 
Принять решенье мудрено.
 
Пред нами два Амфитриона,
 
И наше чувство смущено.
 
И, защищая вас с отвагою упорной,
 
Мы опасаемся, что вас обидим вдруг.
 
Что вы Амфитрион — приемлем мы покорно,
 
Вы — славный вождь фивян, в вас — силы полный дух.
 
Но так же ведь и тот — Амфитрион, бесспорно,
 
И нам не разрешить, кто истинный из двух.
 
У нас давно готово мненье:
 
Предателя мы все готовы поразить,
 
Но сходство двух людей приводит нас в смущенье,
 
И, чтоб принять одно решенье,
 
Мы не должны спешить.
 
Позвольте нам обдумать зрело,
 
В ком здесь обман и правда в ком.
 
Когда же разъяснится дело,
 
Мы сами будем знать, каким идти путем.
 
 
Юпитер.
 
 
Конечно, правы вы: такое приключенье
 
Не может не смутить и самый верный глаз.
 
Нисколько не сержусь на ваше я сомненье,
 
И, здраво думая, я извиняю вас.
 
Как капли две воды, так мы похожи оба,
 
И пользу может зло из этого извлечь.
 
Но, видите, во мне ведь не пылает злоба:
 
Я не спешу свой меч извлечь.
 
Решать мечом вопрос довольно безуспешно,
 
Его решить хочу я способом другим.
 
Один из нас Амфитрион, конечно,
 
И нас обоих вы считать готовы им.
 
Я постараюсь сам рассеять все сомненья
 
И ясно доказать, кто здесь Амфитрион,
 
Чтоб было явно всем мое происхожденье
 
И признавали все, я от кого рожден,
 
И чтоб вопрос вполне был разъяснен.
 
Когда знатнейшие фивяне будут в сборе,
 
Раскрою вам всю правду я до дна.
 
Так много важного есть в этом споре,
 
Так истина сомнительна, на горе,
 
Что надо, чтобы всем была ясна она.
 
Алкмена от меня ждет этих объяснений,
 
Ее достоинство задето в этом. Я
 
Все должен объяснить как вам, так и Алкмене,
 
И требует того любовь моя.
 
Вождям фивян я дам решенье всех сомнений,
 
Я все им расскажу, событий не тая.
 
Пока же, о друзья, в согласии и мире
 
Войдите в этот дом, где вас я долго ждал,
 
И станем ликовать на пире,
 
К которому вас Созий звал.