Комедии

 
 
Эльмира
 
 
 
Надеюсь, кто был прав, мы сразу разъясним.
 
 
 
(Органу, сидящему под столом.)
 
 
 
Вести себя сейчас я буду очень странно,
 
Но эта вольность мне да будет невозбранна,
 
И оскорбляться вам не следует ничуть:
 
Ведь это – чтобы вас вернуть на правый путь.
 
Раз уж приходится, употреблю и ласку,
 
Чтоб этот лицемер снял предо мною маску,
 
Польщу его любви разнузданным мечтам
 
И дерзости его простор свободный дам.
 
И так как лишь затем, чтобы он пал позорно,
 
Я буду томный жар изображать притворно,
 
То вы посмотрите, достаточно ли с вас
 
И был ли справедлив недавний наш рассказ.
 
Вы сами можете пресечь его порывы,
 
Увидя, в меру ли они красноречивы,
 
И заявить себя защитником жены,
 
Как только будете во всем убеждены.
 
Здесь вы решаете: мне ваша честь порука,
 
Что вы… Сюда идут. Сидите – и ни звука.
 
 
  
Явление V
 
 
Тартюф, Эльмира, Оргон (под столом).
 
 
 
Тартюф
 
 
 
Я будто нужен вам: так передали мне.
 
 
 
 
Эльмира
 
 
 
Да, вам хотят сказать кой-что наедине.
 
Но только раньше дверь как следует замкните
 
И, нет ли здесь кого поблизости, взгляните.
 
 
 
Тартюф идет к двери и, закрыв ее, возвращается.
 
 
 
Я вовсе не хочу, чтобы постигла нас
 
Такая же беда, как было прошлый раз.
 
Неосторожным быть, как видите, опасно.
 
Дамис перепугал меня за вас ужасно,
 
И, вы же видели, я не жалела сил
 
Уговорить его, чтоб он не доносил.
 
Признаться, до того смутилась я сначала,
 
Что правоты его опровергать не стала,
 
Но это нам зато убавило хлопот,
 
И дело приняло тем лучший оборот
 
Гроза рассеялась. При вашем обаянье
 
Увидеть истину мой муж не в состоянье.
 
Чтоб, всем наперекор, поставить на своем,
 
От нас он требует все время быть вдвоем.
 
Вот почему сейчас я, не боясь упрека,
 
Здесь с вами заперлась, от глаз людских далеко,
 
И душу вам открыть решаюсь я мою,
 
Быть может слишком уж нестойкую в бою.
 
 
 
 
Тартюф
 
 
 
Как мне, сударыня, понять такие речи?
 
Язык ваш был другим при нашей прошлой встрече.
 
 
 
 
Эльмира
 
 
 
Ах, если может вас гневить такой отказ,
 
Как сердце женщины неведомо для вас!
 
Ужель не ясно вам, какие чувства скрыты
 
За недомолвками такой плохой защиты?
 
В подобных случаях стыдливость всякий раз
 
В боренье с нежностью, объемлющею нас.
 
Как торжество любви для нас ни очевидно,
 
Нам признаваться в нем всегда немножко стыдно.
 
Мы не хотим сперва; но наш при этом вид
 
Готов изобличить, что мы роняем щит,
 
Что это лишь слова звучат так благородно
 
И что такой отказ сулит все что угодно.
 
Я беззастенчива, как видите, весьма,
 
И женской скромности я не щажу сама,
 
Но раз уж мы пришли к такому разговору,
 
Ужель с Дамисом я затеяла бы ссору,
 
Ужель не знала бы, чем охладить ваш жар,
 
Когда вы сердце мне преподносили в дар,
 
Ужель таким путем я повела бы дело,
 
Когда бы этот дар отвергнуть захотела?
 
А помните, когда я требовала так,
 
Чтоб с Марианою вы не вступали в брак,
 
То разве, боже мой, такое настоянье
 
Не значило, что вам оказано вниманье
 
И не хотят, чтоб вы, в неволе здесь и там,
 
Сердечный пламень свой делили пополам?
 
 
 
 
Тартюф
 
 
 
Поверьте, то восторг ничем не выразимый – –
 
Столь сладостным словам внимать из уст любимой:
 
Их мед струит в меня томительной волной
 
Усладу, никогда не веданную мной.
 
Вам нравиться – моя единая отрада
 
И сердцу моему верховная награда;
 
Но вы, сударыня, позволите ему
 
Еще не доверять блаженству своему.
 
Быть может, попросту вам хочется добиться,
 
Чтобы я взял назад намеренье жениться;
 
И если говорить вполне открыто вам,
 
Я верить не хочу заманчивым словам,
 
Пока хоть чуточка столь вожделенной ласки
 
Не подтвердит того, что это все не сказки,
 
И сердца моего не убедит вполне
 
В прелестной доброте, проявленной ко мне.
 
 
 
 
Эльмира
 
 
 
(кашляет, подавая знак мужу)
 
 
 
Вам надо торжества добиться чуть не силой
 
И сразу исчерпать всю нежность вашей милой?
 
Для вас стараются, такую держат речь,
 
Но вы желаете всем этим пренебречь,
 
И, в вашей алчности, вы ничему не рады,
 
Пока не рушатся последние преграды?
 
 
 
 
Тартюф
 
 
 
Чем недостойней мы, тем меньшего мы ждем
 
И сомневаемся, естественно, во всем.
 
Дабы увериться в блистательном уделе,
 
Нам хочется сперва вкусить его на деле.
 
Я ваши милости так мало заслужил,
 
Что верить счастию не обретаю сил.
 
И мне оно, увы, казаться будет дымом,
 
Не воплощенное в чем-либо ощутимом.
 
 
 
 
Эльмира
 
 
 
О боже, как у вас безжалостна любовь
 
И как она мою волнует странно кровь!
 
Как душами она владеет самовластно!
 
Как утолить свой пыл она стремится страстно!
 
Я вижу, от нее нельзя и ускользнуть.
 
Вы не даете мне и времени вздохнуть.
 
Ведь разве хорошо любить так беспощадно,
 
Того, что хочется, так домогаться жадно
 
И злоупотреблять, покорствуя страстям,
 
Сердечной слабостью, питаемою к вам?