Стихотворения и поэмы
Часть 50 из 150 Информация о книге
122. ТОВАРИЩ КОМСОМОЛ
В папахе и обмоткахна съезд на первый шелрешительной походкойроссийский комсомол.Его не повернули,истраченные зря,ни шашки и ни пулитого офицерья.О том, как он шагает,свою винтовку сжав,доныне вспоминаютчетырнадцать держав.Лобастый и плечистый,от съезда к съезду шелдорогой коммунистоврабочий комсомол.Он только правду резал,одну ее он знал.Ночной кулак обрезомего не задержал.Он шел не на потехув победном кумаче,и нэпман не объехалего на лихаче.С нелегкой той дороги,с любимой той землив сторонку лжепророкиего не увели.Ему бывало плохо,но он, упрям и зол,не ахал и не охал,товарищ комсомол.Ему бывало трудно —он воевал со зломне тихо, не подспудно,а именно трудом.Тогда еще бездомный,с потрескавшимся ртом,сперва он ставил домны,а домики — потом.По правилам наукикрестьянско-заводскойего пропахли рукижелезом и землей.Веселый и безусый,по самой сути свой,пришелся он по вкусуОтчизне трудовой.123. ВОСПОМИНАНЬЕ
Любил я утром раньше всехзимой войти под крышу эту,когда еще ударный цехчуть освещен дежурным светом.Когда под тихой кровлей тойвсё, от пролета до пролета,спокойно дышит чистотойи ожиданием работы.В твоем углу, машинный зал,склонившись над тетрадкой в клетку,я безыскусно воспевалРоссии нашей пятилетку.Но вот, отряхивая снег,всё нарастая постепенно,в платках и шапках в длинный цехвходила утренняя смена.Я резал и строгал металл,запомнив мастера уроки,и неотвязно повторялсвои предутренние строки.И многие из этих строкеще безвестного поэтапечатал старый «Огонек»средь информаций и портретов.Журнал был тоньше и бедней,но, путь страны припоминая,подшивку тех далеких днейя с гордой нежностью листаю.В те дни в заводской стороне,у проходной, вблизи столовой,встречаться муза стала мнев своей юнгштурмовке суровой.Она дышала горячои шла вперед без передышкис лопатой, взятой на плечо,и «Политграмотой» под мышкой.Она в решающей борьбе,о тонкостях заботясь мало,хрипела в радиотрубе,агитплакаты малевала.Рукою властной паренькаона манила за собою,и красный цвет ее платкастал с той поры моей судьбою.124. «Немало раз уже, сдается…»
Немало раз уже, сдается,еще в далекой старинеслучались встречи у колодцавесенним днем, наедине.Нередко парни в самом деле(недалеко тут до беды)по-настоящему хмелелиот той колодезной воды.Они отчаянно влюблялись,и, безусловно, не всегда,но часто свадьбами кончалисьте встречи в прежние года.Предполагать мы можем смело,как говорят, сомнений нет:она ничуть не послабела —вода в колодцах наших лет.125. РАЗГОВОР О ГЛАВНОМ
В разговоре о главномне совру ничего…Я приметил недавнопаренька одного.Наш по самой по сутии повадке своей,он стоял на распутьевозле школьных дверей.Для него в самом делеэти дни не легки:навсегда отзвенелив коридорах звонки.От учебы от школьнойты шагай, дорогой,не дорожкой окольной,а дорогой прямой.В институтах науки,на заводах страныэти сильные рукидо зарезу нужны.Но замечу попутно,ничего не тая:не насчет институтовагитирую я.Говорю без сомненийи без всяких обид:там таких заявлениймного тысяч лежит.Мне хотелось бы, чтобыиз оконченных школна иную учебуты, товарищ, пошел.Я бы сам из-за парты,слыша времени гул,с наслажденьем, с азартомна работу шагнул.Нету лучшего сроду,чем под небом большимдым советских заводов —нашей родины дым.В том семействе могучемвсем бы надо побыть:и работе обучат,и научат, как жить.Не на танцах нарядныхжажду встречи с тобой,а в шахтерской нарядной,в заводской проходной.Мне хотелось бы очень —заявляю, любя,чтобы люди рабочимназывали тебя.Это в паспорт твой впишут,в комсомольский билет.Как мы думаем, вышепросто звания нет.