Том 9. Пьесы 1882-1885

Заяц
 
 
Челом тебе. Долгонько загостился;
 
А мы совсем собрались. Едем, что ли?
 
 
Вотря
 
 
Да что за спрос! Мы кругом порешили
 
Сегодня же отплыть.
 
 
Дубровин
 
 
А вы спросите,
 
Поеду ль я!
 
 
Калга
 
 
Да как же не поедешь,
 
Коль круг решил, ты больше всех не будешь.
 
По одному мы слушаем тебя,
 
А скажет круг, так ты его послушай.
 
 
Дубровин
 
 
Да дело есть большое, вот что.
 
 
(Встает.)
 
 
Братцы,
 
Товарищи, не первый год гуляем
 
По Волге-матушке; добра чужого
 
Награблено, накрадено довольно.
 
Погуляно, поедено, попито
 
По горлышко. И век гулял бы с вами,
 
Не расставался, да такое дело,
 
Уж рад не рад, а вас покинуть надо
 
Ненадолго. Щербак за атамана
 
Послужит вам; так и другим скажите.
 
В Казани подождите, догоню.
 
Вернусь — так ваш уж вплоть до самой петли,
 
А не вернусь, не поминайте лихом!
 
 
Каурый
 
 
Ты не бросай совсем-то!
 
 
Заяц
 
 
Ты заводишь
 
Какие-то дурацкие порядки:
 
Сиротами без атамана плыть…
 
 
Вотря
 
 
Нигде того не водится.
 
 
Калга
 
 
Виниться
 
Не хочешь ли, дьякам в ногах валяться?
 
Так не помилуют.
 
 
Ерголь
 
 
Ты не в монахи ль?
 
 
Каурый
 
 
Да что за дело у тебя? Не баба ль?
 
Так лучше брось, продаст ни за копейку.
 
 
Дубровин
 
 
Галдеть? Душа не терпит. Рассердиться
 
Недолго мне, да как-то вы уймете!
 
Со мной не спорь! Что сказано, то свято,
 
Тому и быть. Мне надо рассчитаться
 
За старый долг со здешним воеводой.
 
Не верите, так дайте мне любого
 
В товарищи; посмотрит и поможет
 
С Шалыгиным расправиться… Коль живы
 
Останемся, тогда вернемся вместе.
 
 
Каурый
 
 
Да так-то так; а без тебя-то горе;
 
Ты голова, мы руки.
 
 
Заяц
 
 
Ну, как часом
 
Попутает нелегкая, случится,
 
В тюрьму влетишь?
 
 
Дубровин
 
 
Доводу, что ль, боитесь?
 
На вора вор доказчиком не будет.
 
Да я живой не дамся в руки, знайте!
 
 
Щербак
 
 
А плыть так плыть. Покуда воевода
 
К монастырю дойдет, далеко будем,
 
За островом. Прощай, Роман Петрович!
 
Увидимся ль?
 
 
Дубровин
 
 
Всей силой постараюсь;
 
А будет то, что будет.
 
 
Щербак
 
 
В лодки живо!
 
 
Несколько разбойников уходят.
Каурый
 
 
Свежеет ветер, будет непогода.
 
 
Заяц
 
 
Откуда дует?
 
 
Каурый
 
 
Сверху.
 
 
Калга
 
 
Вот и ладно.
 
Поставим парус, песню заиграем
 
Веселую, и поминай как звали.
 
 
Вдали гром.
Ерголь
 
 
Никак, гроза?
 
 
Каурый
 
 
С грозою веселей.
 
 
Щербак
 
 
Кормилец наш, зеленый лес, прощай!
 
Гроза-подружка, Волга-мать родная
 
В степной простор удалых понесут.
 
 
Уходят: Щербак, Каурый, Заяц, Вотря, Калга, Ерголь и другие.
Явление четвертое
Дубровин, потом пустынник и служка.
Дубровин
 
 
Одним-один, ни в тех, ни в сех остался;
 
Лихих людей оставил, к добрым людям
 
Пристать нельзя. Головушке бездомной
 
Одно пристанище в миру — тюрьма.
 
А чтоб сидеть недаром, попытаюсь
 
Из-за куста злодея пристрелить.
 
Я ловок был, бывало, в мету бил
 
Без промаха издалека; до мосту
 
Близехонько. Нацелюсь в правый глаз.
 
Рука не дрогнет, сердце не колыхнет;
 
Простись, Нечай Григорьич, с вольным светом,
 
Как тетерев, ты грянешься на землю.
 
Не ты ль меня пустил по-волчьи рыскать.
 
Гнездо мое расхитил? Уж не ты ли
 
И выучил меня по Волге грабить,
 
В лесных трущобах да в оврагах жить,
 
Точить ножи булатные и стрелы?
 
Кажись, что ты? Так сам теперь отведай.
 
Востра ль стрела, чиста ль моя работа.
 
Всему пора и время: пожил сладко,
 
Повластвовал, — теперь пришел конец.
 
 
Пустынник сходит по тропинке, за ним служка. Туча надвигается; темнеет; ветер и удары грома.
 
 
Какой-то странник.
 
 
(Всматривается и с ужасом вскрикивает.)
 
 
Батюшко!
 
 
(Падает на колени.)
Пустынник
 
 
Роман!
 
 
Молчание.
 
 
Ну, как живешь?