Том 4. Пьесы 1865-1867

Дмитрий
 
 
Василий,
 
Зачем молчал ты о своем обмане?
 
Ты виноват передо всем народом —
 
Ты лгал ему. Я здесь, я на престоле,
 
Не в Угличе, не мертвый! Хоронили
 
Другого вы. Кого вы хоронили?
 
Ну, говори!
 
 
Голоса
 
 
Казнить его, злодея!
 
 
Шуйский
 
 
Ты выслушай, великий государь!
 
Про мой обман, про вымыслы Бориса
 
Народ забыл и знать про то не хочет
 
На радости. Бездельные те речи
 
Я говорил давно; с Мстиславским после
 
Мы за тебя, под звоном колокольным,
 
Народ московский ко кресту водили
 
И верой, правдой, не жалея жизни,
 
Служить тебе учили. Для чего же
 
Про старое напоминать народу!
 
И Бельский да Басманов неразумно
 
Народ московский на Пожар сбивали,
 
Чтоб клясться в том, чему и так все верят.
 
Недаром же руками им махали,
 
Чтоб не клялись: «Мы и без вас-де знаем».
 
А без нужды божиться, лишь в сомненье
 
Народ вводить… И стало им обидно,
 
Что я разумно сделал, не поехал
 
На лобное. Чему бы обижаться?
 
Кому как бог даст: разум или глупость,
 
Так и живи! На Бога с челобитьем
 
К кому пойдешь!
 
Великий государь,
 
Я все сказал тебе, что может правый
 
Сказать в защиту правоты своей.
 
Теперь в твоих руках и суд и милость,
 
И головы и честь холопей царских,
 
Бояр исконных, суздальских князей.
 
 
Дмитрий
 
 
Увесть его!
 
 
Шуйского уводят.
 
 
Вы слышали, бояре,
 
Окольничьи и думные дворяне,
 
И вы, честные люди; обсудите
 
И приговор поставьте по закону
 
И совести и расходитесь с Богом!
 
Чему приговорите, так и быть.
 
 
Выходит из палаты, впереди идут рынды и Скопин-Шуйский.
Мстиславский
 
 
Подумайте! Чтоб не было обиды:
 
Казнить легко, да после не воротишь.
 
 
Басманов
 
 
Хоть думайте, хоть нет, а он изменник!
 
 
(Щелкалову.)
 
 
Пиши скорее приговор соборный!
 
 
Щелкалов
 
 
Честной собор, чему повинен Шуйский?
 
 
Голоса
 
 
Казнить его! — Повинен смертной казни. —
 
Изменник он! Ему и смерти мало! —
 
Все Шуйские изменники! — И братьев
 
Помиловать нельзя. Какая милость! —
 
Всем Шуйским смерть! На том и порешили.
 
 
Мстиславский
 
 
А тех за что? Они не виноваты.
 
 
Один голос
 
 
Чай, Дмитрий-то свояки с Годуновым,
 
Вот и вина.
 
 
Мстиславский
 
 
Нет, этак не порядок!
 
 
Щелкалов
 
 
Так что ж писать?
 
 
Один голос
 
 
Пиши: казнить Василья,
 
А Дмитрию с Иваном снять боярство
 
И в ссылку их по дальним городам.
 
 
Щелкалов
 
 
Согласны все?
 
 
Голоса
 
 
Согласны! — Ладно, ладно! —
 
Чтоб так и быть тому без перемены!
 
 
Мстиславский
 
 
Пиши, Василий! Расходитесь с Богом!
 
 
Все расходятся с поклонами. Остаются Мстиславский, Голицын, Воротынский, Бельский, Масальский, Басманов и Щелкалов, который садится за стол и пишет.
Мстиславский
 
 
Народ — волна: куда его подует,
 
Туда и льет. Уж Шуйских ли не любят,
 
А вымолви за них в защиту слово,
 
Так разорвут.
 
 
Воротынский
 
 
Не знаю только, ладно ль
 
Судить бояр собором черни буйной!
 
 
Голицын
 
 
Короток суд народный — беспощадный.
 
Кровавый суд, без совести, без толку —
 
В нем Бога нет.
 
 
Мстиславский
 
 
И затевать не надо б.
 
 
Голицын
 
 
Служу царю, пусть царь меня и судит,
 
А не торговцы из лубочных лавок.
 
 
Мстиславский
 
 
Убийство, а не суд. Мне Шуйских жалко.
 
 
Голицын
 
 
Кому ж не жаль! Нет, Шуйский пригодился б,
 
Что ни толкуй! Он плут и проидоха,
 
А все наш брат боярин, нам он свой.
 
 
Басманов
 
 
О чем, бояре?
 
 
Голицын
 
 
О суде толкуем,
 
Что глуп народ, и бестолков, и буен,
 
А рассудил по правде.
 
 
Басманов
 
 
Это верно.
 
 
Голицын
 
 
А все ж не дело черному народу
 
Судить бояр. Он должен их бояться
 
Да слушаться; а дай ему почуять,
 
Что он судья над нами, плохо будет:
 
Он сам начнет без царского указа
 
Судить, рядить да головы рубить.
 
 
Басманов
 
 
А что, ведь правда!
 
 
Голицын
 
 
Есть о чем подумать;
 
Подумаешь — зачешется затылок.