Том 1. Авиация превращений

Часть 63 из 86 Информация о книге
Он:
  Я бы рад молчать веками
 И дробить бы лбом гранит.
 Кто искусными руками
 Жизнь до гроба сохранит?
 Кто холодною косой
 По моим скользит ногам?
 Я голодный, я босой
 Мимо вас иду к богам.
 По дороге вверх бегущей
 Я к богам иду с мечом.
 Вот и ангел стерегущий
 Заградил мне путь плечом.
 Стой! — гремит его приказ
 Ты в дверях стоишь как раз.
 Дальше рай — сады блаженства
 Чтобы в рай тебе войти,
 Ты достигни совершенства,
 Иль назад повороти.
 Я задумался: Ну что же,
 Если путь мой в райский сад
 Преграждён Тобой, о Боже —
 Я пойду тогда назад.
 Стой! воскликнул ангел грозный
 Ты мне чушь не бормочи
 Бог слетит к тебе серьёзный
 Вынет райские ключи
 Хлопнет ими по балкону
 И отвесив по поклону
 Во все стороны вселенной,
 Улетит домой нетленный.
 А потом примчится снова
 С вихрем звёзд и тучей птиц
 И как бури неба слово
 Вдруг на землю рухнет ниц.
 Дрогнет мир. Померкнет свет
 И тебя исчезнет след.
 Тут я поднял страшный вой:
 О небесный часовой
 Мысль твоя течёт обратно
 Как ручей бегущий в гору,
 Мне безумцу непонятно
 Моему не ясно взору
 Моему не близко уху
 Слушать неба смутный гла<с>.
 Пропусти меня как муху
 Через двери в рай как раз.
 Ангел молча улыбнулся,
 Поднял камень из-под ног,
 Осторожно оглянулся,
 Вдруг рукою размахнулся
 И пустил мне камень в бок.
 Этот камень был по счастью бестелесный,
 Потому что этот камень был небесный.
 
 
2 августа 1937
  «Я плавно думать не могу…»
   Я плавно думать не могу
 Мешает страх
 Он прорезает мысль мою
 Как лучь
 В минуту по́ два, по́ три раза
 Он сводит судоргой моё сознание
 Я ничего теперь не делаю
 И только мучаюсь душой.
 
  Вот грянул дождь,
 Остановилось время,
 Часы беспомощно стучат
 Расти трава, тебе не надо время.
 Дух Божий говори, Тебе не надо слов.
 
  Цветок папируса, твоё спокойствие прекрасно
 И я хочу спокойным быть, но всё напрасно.
 
 
Детское Село, 12 августа 1937
  «Мы — это люди…»
   Мы — это люди
 Вы — это боги
 Наши деревни
 Ваши дороги
 
 
Детское Село, 12 августа 1937
  «Желанье сладостных забав…»
   Желанье сладостных забав
 меня преследует.
 Я прочь бегу, но бег мой слаб,
 мне сапоги не впору.
 Бегу по гладкой мостовой,
 но тяжело, как будто лезу в гору.
 Желанье сладостных забав
 меня преследует.
 Я прочь бегу, но бег мой слаб,
 я часто, часто отдыхаю,
 потом ложусь на мостовой
 и быстро, быстро засыпаю.
 Желанье сладостных забав
 меня во сне преследует
 Я прочь бегу, но бег мой слаб.
 О да! Быстрей бежать мне следует,
 но лень как ласковая тень
 мне все движенья сковывает.
 И я ложусь. И меркнет день,
 и ночь мне мысли стягивает.
 И снова сладостных забав
 желанье жгучее несётся.
 Я прочь бегу, бегу всю ночь,
 пока над миром первый солнца луч взовьётся.
 И сон во мне кнутом свистит,
 и мыслей вихри ветром воют…
 
  А я с открытыми глазами
 встречаю утро.
 
 
13 августа <1937>
  «Я видел: медленные веки…»
   Я видел: медленные веки
 Она лениво подняла
 И взглядом ласковые реки
 Она лениво обвела
 
 
<после 13 августа 1937>
  «Я руку протянул. И крикнул…»
 Глоб:
  Я руку протянул. И крикнул:
 вот потеха!
 Стоял тут некогда собор.
 а нынче — веха!
 А тут когда-то был пустырь,
 а нынче — школа.
 А там когда-то монастырь
 Святителя Николы,
 А ныне только сад фруктовый
 качает сочные плоды
 да храм Святителя Николы
 стоит в саду без головы.
 
 
Селлей:
  Молчи, молчи, безумный Глоб!
 Не то пущу тебе я пулю в лоб.
 Довольно выть. И горю есть предел.
 Но ты не прав. Напрасно ноешь.
 Ты жизни ходы проглядел.
 Ты сам себе могилу роешь.
 
 
Глоб:
  Какие жизни ходы,
 Селлей, Селлей?
 Нам не открыть закон природы,
 Селлей, Селлей!
 Пройдет с годами увлеченье,
 устанет ум,
 Селлей, Селлей!
 Забудет мир свое ученье
 и сладость дум,
 Селлей, Селлей!
 
 
Селлей:
  Молчи, несносное созданье,
 Унылых мыслей философ.
 Хотя бы раз в твое сознанье
 проник ли жизни мощный зов?
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница