Давай убьём друг друга (СИ)

— Бери, тетя… — всмотрелась в мое лицо — с красным носом и щеками, без следа стершегося за бурный день макияжа, оглядела пуховую курточку с меховым воротником, шарики, задорно пляшущие в руке, и поправилась: — девочка?., тетя? Короче, бери, тебе дарят.
Тетя! Девочка!
Я даже не поняла, что меня больше обескуражило.
Нет, конечно, алкоголь без паспорта мне пока не продают, но чтобы назвать «девочкой»? Я взрослая, половозрелая, работающая женщина в полном расцвете сил!
— Прикольная малая, — с одобрением сказал Сергей, когда я доковыляла до него со сложным выражением на лице.
— Любишь детей?
— Терпеть не могу, — снова засмеялся он, и я слегка ткнула его под дых.
Он поймал меня за руку. Притянул к себе — и у меня сладко сжалось внутри от предчувствия поцелуя.
Но тут вдруг откуда-то раздался оглушительный свист и грохот, заставившие меня вздрогнуть. Поначалу я даже не поняла, в чем дело. Только тогда, когда небо и сам каток, и вся площадь — под громкие хлопки окрасились розовым, фиолетовым, синим и зеленым — наконец сообразила.
Это откуда-то с крыш стали пускать фейерверки — кажется, кто-то уже начал праздновать Новый год.
Сергей прижимал меня к себе, а я плавилась в тепле его тела, в кольце его сильных рук и успевшем стать родным запахе. Наверное, я могла бы простоять так вечно, не думая ни о чем, просто слушая свист взмывающих в воздух ракет, сухой шорох осыпающихся огней и глухой размеренный стук сердца прямо напротив уха.
— Ян… выходи за меня.
Сперва мне показалось, я ослышалась. Я затихла, ничего не отвечая. Потом, когда сердце Сергея забилось быстрее, а в сжимающих меня руках появилось напряжение, поняла, что он сказал это на самом деле.
Я подняла голову. Нервно усмехнулась, ловя на себе взгляд потемневших голубых глаз:
— Ты с ума сошел?.. Мы третий день знакомы.
— Думаешь, рано? Подождем четвертый? — поддразнил он меня.
Я засмеялась, не отвечая. Снова уткнулась лицом в складки его одежды.
— Знаешь, а я подумаю, — пробурчала себе пару секунд. — Если ты расскажешь мне больше о себе. Например, свою фамилию.
Теперь молчал он.
Я рывком оттолкнулась, поймала его взгляд. Сергей долго медлил, прежде чем ответить.
— Я скажу. Завтра вечером, окей? Я просто… должен кое-что сделать перед этим.
— Что?
Почему-то мне это не понравилось. Сердце сжалось от плохого предчувствия.
— Это быстро. Я должен был кое-что сделать — на благо семьи. Что-то вроде морального долга перед родителями. Но… понял, что не смогу. Завтра я улажу этот вопрос. И тогда все расскажу тебе. Все, что только ты захочешь узнать.
— А… — мое возражение запечатали поцелуем. Когда мы оторвались друг от друга, то оба тяжело дышали. И, я была уверена, хотели бы сейчас оказаться наедине.
Сергей озвучил мои мысли:
— Поехали-ка домой.
Скрываясь, Сергей, наверное, и не подозревал, что этим только усилил мое желания во всем разобраться. Ну, хотя бы в том, что он не имеет отношения к Штольцам.
Тем же вечером я, улучив минутку, когда он был в душе, проверила в интернете имена всей штольцевской поросли. Как я думала, Сергеев среди них не оказалось. Это меня сильно успокоило.
Успокоило бы еще сильнее, если бы я увидела их нынешние фотографии, но, видимо, Штольцы относились к безопасности своих потомков так же придирчиво, как и Миргородские (отец берег нас от папарацци, как голливудские звезды не берегут своих детей). Фоток почти не нашлось, а если и были, то смазанные или нечеткие. К тому же дело осложнялось тем, что парней приблизительно моего возраста у Штольцев хватало, всякие двоюродные-троюродные, побочные ветки.
Я уже почти отчаялась, как вдруг увидела на очередной фотографии Сергея. Эта фотка тоже оказалась нечеткой, но уж Сергея я узнала. Он, дружески улыбаясь, пожимал руку неизвестного мне брюнета. Оба были в деловых костюмах.
Меня словно окатило ушатом холодной воды. Но потом в глаза бросилась подпись под фотографией, и я расплылась в широкой улыбке.
Она гласила: «Сын Дениса Штольца покупает строительный бизнес Сергея Милославского».
Статья рядом пела дифирамбы Оскару Штольцу, молодому предпринимателю, так что ее я просмотрела наискось. И уже ввела было в поиск «Сергей Милославский», но тут он сам вышел из душа, и пришлось срочно сворачиваться.
Встретила я его с широкой улыбкой на лице.
Милославский!
Звучит очень созвучно с Миргородскими. Хочешь не хочешь, а почувствуешь судьбу.
— Смотришь на меня так, как будто сейчас съела бы, — пошутил Сергей, вытирая волосы.
А я и впрямь уже зачарованно наблюдала за капельками, усеивающими крепкий подтянутый живот. Повязанное низко на бедрах полотенце только лишний раз щекотало воображение.
— Яна, — позвал Сергей бархатным хрипловатым голосом.
— Боже, — сказала я, с трудом отрывая взгляд от начавшего приподниматься полотенца.
Подошла к Сергею и встала перед ним почти вплотную, смотря снизу вверх. Без каблуков я была по сравнению с ним совсем маленькой, и это ужасно мне нравилось.
Он молча мерил меня ответным взглядом. А когда наконец наклонился, я сказала ему прямо в приоткрывшиеся губы:
— Мы с тобой как кролики. Бешеные кролики.
Знаете, как мгновенно испортить намечающийся секс?
Спросите меня.
Ладно-ладно, шучу. На самом деле все было, когда мы отсмеялись.
В ту ночь мы любили друг друга, как ненормальные. Как приговоренные к казни, которая должна была состояться на рассвете — так, что каждая минута и каждый миг казались самыми ценными. Мы почти не говорили. То ли боялись сказать что- нибудь лишнее, то ли просто любые слова сами по себе стали бы лишними. Хватало взглядов, прикосновений, рваных стонов и крепких, почти до боли, объятий.
Наверное, мы оба чувствовали, что наша сказка кончается.
В понедельник рано утром я закрыла за собой дверь квартирки, успевшей стать мне домом. Сергей мирно спал, обняв подушку мускулистыми руками, и выглядел таким откровенно сексуальным, что уйти мне удалось лишь с огромным трудом.
Впрочем, я решила, что сразу вернусь, как только выясню, что там с прадедушкиным завещанием.
Не могла не вернуться.
  
Глава 3
 
Я уезжала на такси. Еще накануне попросила у Сергея денег на поездку. Он предложил отвезти меня сам, но я не согласилась. Не стоило будоражить Альку. Да и Сергея перед рабочим днем напрягать не хотелось. Это у меня сегодняшний день — выходной, а у него полноценный будний.
За уик-энд город снова замело, и машина пробиралась по сугробам с трудом, шофер вздыхал, барабаня пальцами по рулю. Этот перестук напомнил мне о Сергее, и сердце болезненно екнуло.
Черт, говорят же, что мысль материальна. Так чего же я воображаю всякие глупости?
Я мысленно высмеивала себя, но странное предчувствие не отпускало.
Алька встретила меня заспанная, встрепанная, в розовой с зайчиками пижаме. Позевывая, открыла дверь и, увидев меня, округлила глаза и рот:
— О! Пропавшая!
В квартире было тепло. Алька снимала ее напополам со своей университетской подругой, но та, похоже, еще спала: дверь в ее комнату была крепко закрыта.
— Чай будешь? Кофе? Ща, подожди, принесу твой багаж, а то забудешь потом, — Алька убежала в комнату.
— Я только за вещами, — крикнула я громким шепотом. — Ничего не буду. Внизу такси ждет.
— Что-о? — донеслось возмущенное. Алька выглянула и пригрозила мне кулаком. Снова исчезла, чтобы появиться с моей шубой в охапку.
— Ты умотала из клуба с тем красавчиком, — зачастила она тихо и сердито, — появляешься через два дня вся с ног до головы в обновках и собираешься улизнуть, ничего мне не рассказывая?
— Алечка, потом, — я засмеялась, принимая вещи. — Сейчас еду домой, нет времени.
— Ой, да, кстати, твои предки мне звонили. Выясняли, не знаю ли я, где ты и что с тобой. Я сказала, что ты ушла в запой.
— С ума сошла?!