Песнь о Роланде. Коронование Людовика. Нимская телега. Песнь о Сиде. Романсеро

  
Как король дон Родриго влюбился в Ла Каву, когда она мыла волосы в роднике
 
 Перевод А. Ревича 
 
 
Чистой влагою хрустальной,
 
Родникового водою
 
Мыла волосы Ла Кава —
 
Это чудо золотое.
 
Оттеняет мрамор шеи
 
Нежных прядей позолота,
 
Взор притягивают к шее
 
Эти пряди, как тенета.
 
На воду, на отраженье
 
Смотрит девушка влюбленно
 
И боится стать несчастной,
 
Как Нарцисс во время оно.
 
На нее глядел Родриго,
 
Стоя в заросли зеленой.
 
Был Родриго околдован
 
И промолвил, восхищенный:
 
«Что там Троя! Что Елена
 
Рядом с этой красотою,
 
Всю Испанию, пожалуй,
 
Я бы сжег в огне, как Трою».
 
 
  
Родриго и Ла Кава
 
 Перевод А. Ревича 
 
 
С приближенными своими,
 
Шаловлива и лукава,
 
Из дверей дворцовой башни
 
Выходила в сад Ла Кава.
 
Девушки в кружок уселись
 
На траве зеленой сада,
 
Под ветвями пышных миртов,
 
Под листвою винограда.
 
С ними в круг Ла Кава села,
 
Ей на ум пришла забава:
 
Лентою стопы обмерить
 
Повелела всем Ла Кава.
 
Все измерили. Последней
 
Измерять Ла Кава стала.
 
Оказалось: меньше ножки
 
И прекрасней не бывало.
 
Но откуда знать Ла Каве,
 
Что судьбе жестокой надо?
 
Увидал Родриго деву,
 
Отвести не в силах взгляда.
 
Задрожал Родриго. Случай
 
Выпустил на волю пламя,
 
Короля любовь объяла,
 
Широко взмахнув крылами.
 
Во дворец ушли девицы,
 
Опустела вдруг поляна.
 
Был пленен король Родриго
 
Самой нежной и желанной.
 
Он призвал ее назавтра
 
В свой покой и молвил: «Право,
 
Мне сегодня жизнь постыла,
 
О прекрасная Ла Кава!
 
Если ты мне дашь спасенье,
 
Ждет тебя тогда награда,
 
Я готов принесть корону
 
На алтарь твой, если надо»,
 
Говорят, она сердилась,
 
Королю не отвечала,
 
Но потом обрел Родриго
 
Все, о чем просил сначала.
 
Сорван был цветок прекрасный.
 
Что раскаянье! Немало
 
Из-за прихоти Родриго
 
Вся страна потом страдала.
 
Нынче спорят, кто виновней
 
И кого судить по праву:
 
Женщины винят Родриго,
 
А мужчины все — Ла Каву.
 
 
  
Говорят, влюблен Родриго…
 
 Перевод А. Ревича 
 
 
Говорят, влюблен Родриго,
 
Ходит грустный, замечали.
 
Лишь Ла Каве он поведал,
 
В чем секрет его печали.
 
На красавицу глядел он
 
Восхищенными очами,
 
Руки белые он славил
 
Восхищенными речами.
 
«Ты пойми меня, поверь мне,
 
Я души в тебе не чаю,
 
Быть хочу твоим до гроба,
 
Сердце я тебе вручаю».
 
Хоть Родриго честью клялся,
 
Нe поверила Ла Кава,
 
То смеялась, то винилась,
 
То упрямилась лукаво.
 
Этот смех притворный слыша,
 
Стал король еще печальней.
 
После трапезы полдневной
 
Скрылся он в опочивальне,
 
А пажа послал за Кавой,
 
И послушная девица,
 
О беде не помышляя,
 
Не замедлила явиться.
 
Лишь узрел король Ла Каву,
 
Обнял он ее мгновенно,
 
Дал ей сотню обещаний,
 
О любви моля смиренно,
 
Но не верила Ла Кава
 
Обещаниям и лести,
 
И тогда Родриго силой
 
Взял ее, забыв о чести.
 
В свой покой ушла Ла Кава,
 
Обеспамятев от горя,
 
Как ей быть? Кому поведать
 
О несчастье и позоре?
 
Что ни день, она рыдала,
 
Красота ее увяла,
 
И одна ее подруга
 
Слезы Кавы увидала.
 
И рыдающей Ла Каве
 
Вот что дама та сказала:
 
«Я теперь, Ла Кава, вижу,—
 
Ты не веришь мне — иначе
 
Ты бы честно мне призналась,
 
Отчего исходишь в плаче».
 
И несчастная Ла Кава,
 
Хоть противилась вначале,
 
Все подруге рассказала,
 
Излила свои печали
 
И сказала, что об этом
 
Помолчать бы не мешало.
 
Но совет дала ей дама,
 
Вот что ей она сказала:
 
«Напиши отцу всю правду,
 
Обо всем поведай прямо».
 
Все исполнила Ла Кава,
 
Что советовала дама.
 
Отдала гонцу посланье,
 
И, покорствуя приказу,
 
На корабль он сел в Тарифе  [480]
 
И в Сеуту отбыл сразу,
 
Там вручил посланье графу,
 
Гордому отцу Ла Кавы.
 
Мать ее, узнав о горе,
 
Зарыдала: «Боже правый!»
 
Граф жену свою утешил,
 
Дал графине обещанье,
 
Что сочтется он с Родриго
 
За позор и поруганье.
 
 
  
Ла Кава оплакивает свой позор
 
 Перевод А. Ревича 
 
 
Слезы градом льет на землю,
 
В воздух стоны исторгая,
 
Нет, не зря, не без причины
 
На сердце печаль такая
 
У Ла Кавы горемычной:
 
Вся страна поет ей славу,
 
По красе считают первой
 
И по горестям Ла Каву.
 
От любви — ее печали,
 
От презрения — страданья.
 
Охлаждение Родриго
 
Тяжелее поруганья.
 
«Ради прихоти минутной
 
Ты замыслил шаг коварный,
 
Честь, достоинство Ла Кавы
 
Ты попрал, неблагодарный.
 
Нет, из-за самой потери
 
Я б не стала убиваться,
 
Горько мне, что за бесчестье
 
Не могу я расквитаться.
 
За обман я мстить не в силах,
 
Спор с тобой веду напрасно:
 
Ты презрел меня, ославил,
 
А была я так прекрасна.
 
Да, к речам твоим коварным
 
Я была глуха когда-то,
 
Ибо им не доверяла,
 
Знала, что придет расплата.
 
Разве я могла представить.
 
Что увенчанный короной
 
Припадет с мольбой смиренной,
 
Словно юноша влюбленный.
 
О своей твердишь ты мести,
 
Но и в этом правды мало,
 
Ибо кровь моя причиной
 
Славного отпора стала».