Если душа родилась крылатой

 Не сковать! Великана — льном
 Не связать! Одного безумия
 Уст — достаточно, чтобы львом
 Виноградники заворочались,
 Лаву ненависти струя.
 Будут девками ваши дочери
 И поэтами — сыновья!
 Дочь, ребенка расти внебрачного!
 Сын, цыганкам себя страви!
 Да не будет вам места злачного,
 Телеса, на моей крови!
 Твеґрже камня краеугольного,
 Клятвой смертника на одре:
 — Да не будет вам счастья дольнего,
 Муравьи, на моей горе!
 В час неведомый, в срок негаданный
 Опознаґете всей семьей
 Непомерную и громадную
 Гору заповеди седьмой!
 Послесловие 
 
 Есть пробелы в памяти, бельма
 На глазах: семь покрывал...
 Я не помню тебя — отдельно.
 Вместо чеґрт — белый провал.
 Без примет. Белым пробелом —
 Весь. (Душа, в ранах сплошных,
 Рана — сплошь.) Частности мелом
 Отмечать — дело портных.
 Небосвод — цельным основан.
 Океан — скопище брызг?!
 Без примет. Верно — особый —
 Весь. Любовь — связь, а не сыск.
 Вороной, русой ли масти —
 Пусть сосед скажет: он зряч.
 Разве страсть — делит на части?
 Часовщик я, или врач?
 Ты — как круг, полный и цельный:
 Цельный вихрь, полный столбняк.
 Я не помню тебя отдельно
 От любви. Равенства знак.
 (В ворохах сонного пуха:
 Водопад, пены холмы —
 Новизной, странной для слуха,
 Вместо: «я» — тронное: «мы»...)
 Но зато, в нищей и тесной
 Жизни — «жизнь, как она есть» —
 Я не вижу тебя совместно
 Ни с одной:
 — Памяти месть!
1 января — 1 февраля 1924
Прага. Гора.
Декабрь 1939. Голицыно, Дом писателей
 Поэма конца 
 
1
 В небе, ржавее жести,
 Перст столба.
 Встал на назначенном месте,
 Как судьба.
 — Беґз четверти. Исправен?
 — Смерть не ждет.
 Преувеличенно-плавен
 Шляпы взлет.
 В каждой реснице — вызов.
 Рот сведен.
 Преувеличенно низок
 Был поклон.
 — Беґз четверти. Точен? —
 Голос лгал.
 Сердце упало: что с ним?
 Мозг: сигнал!
 Небо дурных предвестий:
 Ржавь и жесть.
 Ждал на обычном месте.
 Время: шесть.
 Сей поцелуй без звука:
 Губ столбняк.
 Так государыням руку,
 Мертвым — так...
 Мчащийся простолюдин
 Локтем — в бок.
 Преувеличенно нуден
 Взвыл гудок.
 Взвыл, как собака взвизгнул,
 Длился, злясь.
 (Преувеличенность жизни
 В смертный час.)
 То, что вчера — по пояс,
 Вдруг — до звезд.
 (Преувеличенно, то есть:
 Во весь — рост.)
 Мысленно: милый, милый.
 — Час? Седьмой.
 В кинематограф, или?.. —
 Взрыв: «Домой!»
2
 Братство таборное, —
 Вот куда вело!
 Громом наґ голову,
 Саблей наголоґ,
 Всеми ужасами
 Слов, которых ждем,
 Домом рушащимся —
 Слово: дом.
 Заблудшего баловня
 Вопль: домой!
 Дитя годовалое:
 «Дай» и «мой»!
 Мой брат по беспутству,
 Мой зноб и зной,
 Так иґз дому рвутся,
 Как ты — домой!
 Конем, рванувшим коновязь —
 Ввысь! — и веревка в прах.
 — Но никакого дома ведь!
 — Есть, в десяти шагах:
 Дом на горе. — Не выше ли?
 — Дом на верху горы.
 Окно под самой крышею.
 — «Не от одной зари
 Горящее?» — Так сызнова
 Жизнь? — Простота поэм!
 Дом, это значит: из дому
 В ночь.
 (О, кому повем
 Печаль мою, беду мою,
 Жуть, зеленее льда?..)