Борисоглебский, 6. Из лирического дневника 1914—1922
Часть 10 из 35 Информация о книге
10 декабря 1916
«Кто спит по ночам? никто не спит!..»
Кто спит по ночам? никто не спит!Ребенок в люльке своей кричит,Старик над смертью своей сидит,Кто молод — с милою говорит,Ей в губы дышит, в глаза глядит.Заснешь — проснешься ли здесь опять?Успеем, успеем, успеем спать!А зоркий сторож из дома в домПроходит с розовым фонарем,И дробным рокотом над подушкойРокочет ярая колотушка:— Не спи! крепись! говорю добром!А то — вечный сон! а то — вечный дом!12 декабря 1916
«Вот опять окно…»
Вот опять окно,Где опять не спят.Может — пьют вино,Может — так сидят.Или просто — рукНе разнимут двое.В каждом доме, друг,Есть окно такое.Крик разлук и встречТы, окно в ночú!Может — сотни свеч,Может — три свечи…Нет и нет умуМоему — покоя.И в моем домуЗавелось такое.Помолись, дружок, за бессонный дом,За окно с огнем!23 декабря 1916
1917
«Мне ль, которой ничего не надо…»
Мне ль, которой ничего не надо,Кроме жаркого чужого взгляда,Да янтарной кисти винограда, —Мне ль, заласканной до тла и всласть,Жаловаться на тебя, о страсть!Все же в час как леденеет твердьЯ мечтаю о тебе, о смерть,О твоей прохладной благодати —Как мечтает о своей кроватиЧеловек, уставший от объятий.1 января 1917
«Милые спутники, делившие с нами ночлег!..»
Милые спутники, делившие с нами ночлег!Версты, и версты, и версты, и черствый хлеб…Рокот цыганских телег,Вспять убегающих рек —Рокот…Ах, на цыганской, на райской, на ранней заре —Помните утренний ветер и степь в серебре?Синий дымок на горе,И о цыганском царе —Песню…В черную полночь, под пологом древних ветвейМы вам дарили прекрасных, как ночь, сыновей,Нищих, как ночь, сыновей…И рокотал соловей —Славу.Не удержали нас, спутники чудной поры,Нищие неги и нищие наши пиры.Жарко пылали костры,Падали к нам на ковры —Звезды…29 января 1917
«У камина, у камина…»
У камина, у каминаНочи коротаю.Все качаю и качаюМаленького сына.Лучше бы тебе по НилуПлыть, дитя, в корзине!Позабыл отец твой милыйО прекрасном сыне.Царский сон оберегая,Затекли колена.Ночь была… И ночь другаяЕй пришла на смену.Так Агарь в своей пустынеШепчет Измаилу:«Позабыл отец твой милыйО прекрасном сыне!»Дорастешь, царек сердечный,До отцовской славы,И поймешь: недолговечныЦарские забавы!И другая, в час унылыйСкажет у камина:«Позабыл отец твой милыйО прекрасном сыне!»2 февраля 1917. Сретение
«Август — астры…»
Август — астры,Август — звезды,Август — гроздиВинограда и рябиныРжавой — август!Полновесным, благосклоннымЯблоком своим имперским,Как дитя, играешь, август,Как ладонью, гладишь сердцеИменем своим имперским:Август! — Сердце!Месяц поздних поцелуев,Поздних роз и молний поздних!Ливней звездныхАвгуст! — МесяцЛивней звездных!7 февраля 1917
«Над церкóвкой — голубые облака…»
Над церкóвкой — голубые облака,Крик вороний…И проходят — цвета пепла и песка —Рéволюционные войска.Ох ты барская, ты царская моя тоска!Нету лиц у них и нет имен, —Песен нету!Заблудился ты, кремлевский звон,В этом ветреном лесу знамен.Помолись, Москва, ложись, Москва, навечный сон!2 марта 1917
Москва
Царю — на пасху
Настежь, настежьЦарские врата!Сгасла, схлынула чернота.Чистым жаромГорит алтарь.— Христос Воскресе,Вчерашний царь!Пал без славыОрел двуглавый.— Царь! — Вы были неправы.Помянет потомствоЕще не раз —Византийское вероломствоВаших ясных глаз.Ваши судьи —Гроза и вал!Царь! Не люди —Вас Бог взыскал.Но нынче ПасхаПо всей стране,Спокойно спитеВ своем Селе,Не видьте красныхЗнамен во сне.Царь! — ПотомкиИ предки — сон.Есть — котомка,Коль отнят трон.