Любовная лирика классических поэтов Востока

17
 
 
Что смятенней: время, локон ли твой каждый, дело ли ненужное мое?
 
Меньше ль малый атом, рот ли твой карминный, сердце ли ненужное мое?
 
Родинка, душа ли у тебя чернее, иль мое несчастие черней?
 
Слаще ль мед пчелиный или губы милой, слово ли жемчужное мое?
 
Мысль моя светлее, солнце ли с луною, иль твое прекрасное лицо?
 
Ты ли непреклонней, иль моя планета, сердце ли недужное мое?
 
Верность ли красавиц, стыд ли твой слабее, иль мое терпение слабей?
 
Что, скажи мне, больше: красота твоя ли, горе ль безоружное мое?
 
 
18
 
 
Тюрки рабами индийскими стали — рядом с тобой.
 
Глаза дурного бы не замечали — рядом с тобой.
 
Пряди волос моих лишь за единый твой волосок
 
Жертвой достойной стали б едва ли — рядом с тобой.
 
Я напоил тебя влагою сердца — чистым вином.
 
Печень мою истерзают печали — рядом с тобой.
 
 
19
 
 
В пору мне груз твой! Скажешь — немолод. Пусть!
 
Ношу приемлю! Путь не прополот? Пусть!
 
 
 
Страсти, тобой мне внушенной, пью я хмель:
 
Яд примешала милая в солод — пусть!
 
 
 
Мной не гнушайся — ты мне дороже всех.
 
Сердцем твоим управляет холод — пусть!
 
 
 
Я — наковальня. Жизнь — это молот. Что ж!
 
Милая, пусть ударяет молот — пусть!
 
 
 
Жду я тебя, не сытый. Жду, изнемог.
 
Пусть утоленьем кончится голод — пусть!
 
 
 
Жив, Низами, в саду твоем соловей.
 
Роза цветет, шипом он проколот… Пусть!
 
 
Четверостишия
* * *
 
 
Как в курильнице алоэ, тлеет жизнь моя в огне.
 
Сердце истекает кровью в обездоленной стране.
 
Ты ко мне неблагосклонна? Разлюбила? Скройся с глаз!
 
Я молю тебя: «Останься!». Ты безжалостна ко мне.
 
 
* * *
 
 
Вот, как некогда в Иране, песнь запели, не дремли!
 
Кубок полнит виночерпий пьяным зельем, не дремли.
 
Небо в утреннем сиянье, чаша выпита до дна.
 
Солнцеликая, засмейся, в час веселья не дремли.
 
 
* * *
 
 
Я горем убит, непригляден мой вид.
 
Мой облик твою красоту омрачит.
 
О встрече с тобою Хосров не мечтает,
 
Пустая надежда мой дух бередит.
 
 
* * *
 
 
Кто расскажет о печали, той, что сердце мне гнетет?
 
Дух избавится едва ли от мучительных тенет.
 
Ведь печаль, подобно розе, расцвела в твоем саду.
 
Аромат неуловимый и дурманит и влечет.
 
 
* * *
 
 
Я сказал: «Мое моленье до тебя пусть долетит!
 
Я люблю, мое терпенье Вседержитель наградит».
 
«Друг, о чем Аллаха молишь?» — прозвучал ее вопрос.
 
Я ответил: «О свиданье». — «Бог любовь вознаградит».
 
 
* * *
 
 
Дорогой горя и скорбей мой дух, устав безмерно, бродит.
 
Он возле замкнутых дверей возлюбленной неверной бродит.
 
Знай, сердце пьяное мое безумным стало от волненья.
 
В безумстве, веру потеряв, мой дух по жизни бренной бродит.
 
 
* * *
 
 
Чтоб заслужить ее любовь, души своей лишись,
 
Родного дома и добра не пожалей, лишись.
 
Оставь надежду в двух мирах забвенье отыскать,
 
Успокоенье обрести и жизни всей лишись.
 
 
* * *
 
 
О ты, стенающая там, расстались мы не в срок.
 
Но здесь твой образ начертать по памяти я смог.
 
Изобразил твое лицо на глинистой земле,
 
Затем, припав к нему, пролил кровавых слез поток.
 
 
* * *
 
 
Доколь дыханьем жить твоим, как будто ты Иса?
 
Доколе верить, что свершать ты можешь чудеса?
 
Ты станешь раны наносить, я — исцеленья ждать,
 
Испепеляет жизнь мою смертельная краса.
 
 
* * *
 
 
Где мне любимую искать? Что делать мне теперь?
 
Кому о горе рассказать, что делать мне теперь?
 
Отныне мне не видеть ту, которую любил.
 
И кровью плачу я опять, что делать мне теперь?
 
 
* * *
 
 
Всевышний, разбуди, молю, любимую от сна —
 
Испив из чаши красоты, она опьянена.
 
Пусть протрезвеет иль меня сознания лишит,
 
Скажи ей, что моей беды виновница она.
 
 
* * *
 
 
В огне печали жизнь мою, о небо, не сожги!
 
Да будет нежный поцелуй наградой для слуги.
 
«Не надо!» — пусть шепнет она, прильнув к моим устам.
 
Желанью сердца моего, создатель, помоги!
 
 
* * *
 
 
Нет сострадающих вблизи, к чему тогда вздыхать?
 
Немного дней осталось жить, зачем напрасно ждать?
 
Я посвящаю каждый вздох, любимая, тебе
 
И не желаю никому такого испытать.
 
 
  
Саади
 
(1210–1292)
Переводы В. Державина
* * *
 
 
В зерцале сердца отражен прекрасный образ твой,
 
Зерцало чисто, дивный лик пленяет красотой.
 
 
 
Как драгоценное вино в прозрачном хрустале,
 
В глазах блистающих твоих искрится дух живой.
 
 
 
Воображение людей тобой поражено,
 
И говорливый мой язык немеет пред тобой.
 
 
 
Освобождает из петли главу степная лань,
 
Но я захлестнут навсегда кудрей твоих петлей.
 
 
 
Так бедный голубь, если он привык к одной стрехе,
 
Хоть смерть грозит, гнезда не вьет под кровлею другой.
 
 
 
Но жаловаться не могу я людям на тебя,
 
Ведь бесполезен плач и крик гонимого судьбой.
 
 
 
Твоей душою дай на миг мне стать и запылать,
 
Чтоб в небе темном и глухом сравниться с Сурайей.
 
 
 
Будь неприступной, будь всегда, как крепость в высоте,
 
Чтобы залетный попугай не смел болтать с тобой.
 
 
 
Будь неприступной, будь всегда суровой, красота!
 
Дабы пленяться пустозвон не смел твоей хвалой.
 
 
 
Пусть в твой благоуханный сад войдет лишь Саади!
 
И пусть найдет закрытым вход гостей осиный рой.