Ирано-таджикская поэзия

  
КНИГА МУДРОСТИ ИСКАНДАРА (Из поэмы)
 
НАЧАЛО ПОВЕСТВОВАНИЯ
 
 
Былых времен историки для нас
 
Об Искандаре начали рассказ:
 
 
 
В тот год, как Фейлакусова страна
 
Над миром засияла, как весна,
 
 
 
Творец миров, по милости своей,
 
Дал сына шаху на закате дней.
 
 
 
Ты скажешь — это с высоты высот
 
Звездою новой вспыхнул небосвод.
 
 
 
Грядущего владыку всей земли,
 
Младенца Искандаром нарекли.
 
 
 
А на восьмом его году отец
 
На голову надел ему венец,
 
 
 
Назвал его наследником царей,
 
Под власть его привел богатырей.
 
 
 
Когда же все вельможи той земли
 
Присягу Искандару принесли:
 
 
 
Служить ему на всем его веку,
 
Послал он сына к знаний роднику.
 
 
 
И с просьбой царь пред Арасту предстал,
 
Чтоб муж премудрый сына воспитал.
 
 
 
Ученому сказал: «Ни мгла, ни тьма
 
Не скроют солнца твоего ума.
 
 
 
Ты звезды отразил, как океан,
 
Ты знаньем озарил страну Юнан,
 
 
 
Ты, мудрый, как гармонию светил,
 
Мир меж людьми и строй установил.
 
 
 
И тот путями истины идет,
 
Кто из ключа твоих познаний пьет.
 
 
 
Когда б не ты — от неразумных дел
 
И от раздоров мир бы потемнел.
 
 
 
Познанья благо в людях неравно,
 
Природой все не каждому дано.
 
 
 
Пусть к мудрому несведущий придет.
 
Чтоб научиться двигать жизнь вперед.
 
 
 
По если неуч презрит свет наук,
 
Ему не даст добра небесный круг.
 
 
 
И если царь не будет мудрецом,
 
Он родину не озарит венцом.
 
 
 
И если царь в невежестве погряз,
 
Он — горе для народа и для вас…
 
 
 
Возлюбленный — он у меня один,
 
Моя надежда, Искандар, мой сын.
 
 
 
Чиста его сознания скрижаль,
 
Достойна начертания скрижаль.
 
 
 
Пусть учится у вас наследник мой
 
Быть мудрым в управлении страной.
 
 
 
Пусть так он будет вами обучен,
 
Чтоб государство возвеличил он,
 
 
 
Чтоб в начинаньях добрых был счастлив
 
И к людям всем, к народу, справедлив,
 
 
 
Чтоб завершил он замыслы отца,
 
Утешил обездоленных сердца!»
 
 
 
Услышал Арасту наказ царя
 
И приступил, усердием горя,
 
 
 
К наставничеству и своим огнем
 
Зажег светильник в сердце молодом.
 
 
 
Его учил он управлять собой,
 
Справляться в жизни с трудностью любой.
 
 
 
Глубокой любознательности пыл
 
В душе измлада Искандар таил.
 
 
 
Он сверстников своих опередил —
 
Такой в нем был запас духовных сил.
 
 
 
Наука Арасту не зря прошла
 
И пышно в Искандаре расцвела,
 
 
 
Покров с лица природы он сорвал,
 
Строенья мира тайну ои узнал.
 
 
 
Ключ знанья он у Эклидуса взял.
 
Кругов планетных знаки прочитал.
 
 
 
И стал он мудр и в помыслах велик,
 
Вершины зданий разумом достиг.
 
 
 
Расцвел и вырос — мощен и высок,—
 
Принес плоды посаженный росток.
 
 
 
Познал законы он небесных сфер,
 
Лишь истина была ему пример.
 
 
 
Не обольщался внешним видом он,
 
Пытливой мыслью к сути обращен.
 
 
 
И, возмужав душой, он был готов
 
Писать на свитке мира и веков,
 
 
РАССКАЗ О ТОМ, КАК ОТЕЦ ИСКАНДАРА ПРОСИТ АРАСТУ НАПИСАТЬ ДЛЯ СЫНА КНИГУ ЗАВЕТОВ
 
 
Сын шаха, завершив ученья круг,
 
Вооружился мощью всех наук.
 
 
 
Но, вечными заботами горя,
 
В те дни пришла в упадок мощь царя.
 
 
 
Шестисторониий мир тщеты земной
 
Всех дел и дум царя нарушил строй.
 
 
 
Услышал он призывный барабан
 
К отходу в даль потустороппих стран.
 
 
 
Шах Фейлакус за Арасту послал,
 
Приветствовал и мудрому сказал:
 
 
 
«О верности и мудрости гора!
 
Я чувствую, мне уходить пора.
 
 
 
Во мне угасла сила бытия,
 
Мне плоть не подчиняется моя.
 
 
 
Явись ко мне с твоим учеником,
 
Тебе не прекословящим ни в чём.
 
 
 
Смерть подступает. Конь мой боевой
 
На поле жизни пикнет головой…»
 
 
 
Лишь Арасту об этом услыхал,
 
Он с Искандаром пред царем предстал.
 
 
 
И пали пред царем они, скорбя,
 
И этим не унизили себя.
 
 
 
Владыка Искандара увидал
 
И, увидев, душой возликовал.
 
 
 
Созвал он мудрецов своей земли.
 
Когда же те с поклонами пришли,
 
 
 
Велел, чтоб испытал ученый круг
 
Наследника в познании наук.
 
 
 
На все вопросы их ответил он,
 
А круг ученых был им восхищен:
 
 
 
«Шах! Все, что истиной озарено,
 
Все твоему наследнику дано!
 
 
 
Да, он всего достиг, чего хотел,
 
Всей мудростью столетней овладел.
 
 
 
Коль кладезь мудрости такой открыт,
 
Невежество вселенной не грозит».
 
 
 
Когда услышал это Фейлакус,
 
Подвластным странам — будь то Рум иль Рус
 
 
 
Он имя Искандара объявил,
 
Венец и жезл царей ему вручил.
 
 
 
Воздавши благодарность мудрецам,
 
Мудрейшему сказал: «Возьми калам,
 
 
 
Для сына книгу мудрости живой
 
Пиши, учи, как управлять страной,
 
 
 
Чтоб направляла все его дела,
 
Царю путеводителем была.
 
 
 
И что на месте лучше б он сидел,
 
Чем приступать к свершенью черных дел».
 
 
 
И внял наказу шаха Арасту,
 
К каламу обратился и листу.
 
 
 
За труд взялся он, именем творца
 
Довел свой труд великий до конца.
 
 
 
Он с книгою перед царем предстал,
 
И сердцем Фейлакус возликовал.
 
 
 
Живых письмен узор увидел он,
 
Вздохнул — и погрузился к вечный сон.
 
 
 
Застыла кровь его, затмился взор,
 
Как кровью, горем обагрился двор.
 
 
 
Власть — с подчиненьем, с милой жизнью — смерть
 
Безжалостная чередует твердь.
 
 
 
О смерть! Ты то в табут кладешь отца,
 
Растерзывая сыновей сердца,
 
 
 
То, саваном на сыне заменя
 
Парчу и шелк, идешь, отца казня.
 
 
 
Будь счастлив, смертный! С братом по крови
 
И с другом лишь в согласии живи.
 
 
 
О дальнем и о близком не жалей.
 
Нет друга ближе совести твоей.