Собрание сочинений в десяти томах. Том пятый. Драмы в стихах. Эпические поэмы

 
 
Ты в страхе и сомненье? Ты молчишь?
 
Ты цепенеешь? Иль грозит беда
 
Мелькнувшему нам счастью? Говори!
 
Успела ль передать ты государю
 
Условленные мудрые слова?
 
 
Ифигения
 
 
Успела. Но боюсь твоих упреков.
 
Твои вид один немым укором служит!
 
Явился царский вестник; я ему
 
Сказала все, что ты велел сказать.
 
Но, изумленный, он просил помедлить,
 
Чтобы царю известье передать
 
И от него услышать указанье!
 
И вот я жду, с чем возвратится он.
 
 
Пилад
 
 
Увы! Возобновленная беда
 
Парит, как встарь, над нами! Или ты
 
Прикрыться саном жрицы не могла?
 
 
Ифигения
 
 
Покровом сан свой не считаю я!
 
 
Пилад
 
 
Так, чистая душа, себя и нас
 
Погубишь ты! Как не предвидел я
 
Ловушки этой! Как не научил
 
И тут умно слукавить!
 
 
Ифигения
 
 
                                       Укоряй
 
Одну меня: лишь я виновна здесь.
 
Но что могла сказать я человеку,
 
Меня просившему о том, что сердце
 
И без того считало справедливым?
 
 
Пилад
 
 
Сгущается опасность, но и тут
 
Робеть не надо или неразумно
 
Себя же выдать недругу! Спокойно
 
Дождись, когда вернется царский вестник,
 
Но будь тверда, что б он ни говорил:
 
Ведь назначать обряды очищенья
 
Не государю, жрице подобает.
 
А коль захочет царь взглянуть на мужа,
 
Сраженного безумьем роковым,
 
Не допускай его, скажи, что оба
 
Мы в храме под запором. Дай нам срок,
 
Поспешно оттягав у диких скифов
 
Священный клад, покинуть этот край.
 
Нам счастье предвещает Аполлон.
 
Не раньше ль, чем сестра вернулась в Дельфы,
 
Он обещанье выполнил свое:
 
Орест воскрес душою. С исцеленным
 
Вы, ветры благостные, унесите
 
Нас на утес, где обитает бог.
 
А там — в Микены! Пусть воскреснет город,
 
И пусть из пепла очага родного
 
Восстанут лары пращуров в веселье
 
И вновь огнем осиротевший кров
 
Заблещет! Ты в светильники насыпь
 
Заветные священный ладан! Ты
 
Повсюду благодать с собой приносишь!
 
Ты разрешишь проклятье! Ты старинный
 
Украсишь кров цветами новой жизни!
 
 
Ифигения
 
 
От слов твоих перевернуло душу!
 
Как вслед лучу цветок головку клонит,
 
Так я, пронзенная бодрящим светом
 
Твоих речей, тянусь надежде вслед!
 
Нам так нужны уверенные речи
 
Из уст друзей! Небесной силы их
 
Не зная, одинокий угасает!
 
Как долго созревают в нелюдимой
 
Душе мечты и мысли! Близость друга
 
К решеньям побуждает нас легко.
 
 
Пилад
 
 
Прощай! Спешу оповестить друзей,
 
Томящихся в тревожном ожиданье!
 
Но я вернусь и буду знака ждать,
 
Таясь в кустах прибрежных возле скал.
 
О чем ты? Вновь по ясному челу
 
Скользнула тень печали непонятной.
 
 
Ифигения
 
 
Прости! Как тучи легкие под солнцем,
 
Так легкие заботы и боязнь
 
По сердцу проплывают!
 
 
Пилад
 
 
                                           Не страшись.
 
Страх и опасность тайный договор
 
Навечно меж собою заключили.
 
 
Ифигения
 
 
Не так легко мне отогнать заботу,
 
Что не велит царю, отцу второму,
 
Ни лгать, ни похищать его добро.
 
 
Пилад
 
 
Зачем не видишь в нем убийцу брата?
 
 
Ифигения
 
 
Но от него я видела добро!
 
 
Пилад
 
 
Здесь нет вины: так требует нужда.
 
 
Ифигения
 
 
Ужель вину оправдывают нужды?
 
 
Пилад
 
 
В глазах людских и в божеских глазах.
 
 
Ифигения
 
 
Но собственное сердце не спокойно.
 
 
Пилад
 
 
Кто слишком строг, тот втайне горд душой.
 
 
Ифигения
 
 
Я не сужу, но чувство не молчит.
 
 
Пилад
 
 
Отбрось печаль. Ни в чем ты не виновна!
 
 
Ифигения
 
 
Кто не запятнан, только тот счастлив.
 
 
Пилад
 
 
Такой себя ты сохранила в храме;
 
Но жизнь нас учит быть не слишком строгим
 
К себе и к людям, — научись тому ж.
 
Так непонятно род людской сложился,
 
Так страшно он запутался в сетях,
 
Что и с собой, не только что с другими,
 
Быть чистым не удастся никому.
 
Судить себя? На это нас не станет!
 
Но видеть путь и им идти упорно —
 
Долг человека первый и прямой!
 
Мы редко ценим прошлые деянья,
 
А что вершим, и вовсе никогда.