Собрание сочинений в десяти томах. Том первый. Стихотворения
Часть 22 из 23 Информация о книге
Ознакомительный фрагмент.
ПРИЗВАНИЕ ХУДОЖНИКА
ЗНАТОКАМ И ЦЕНИТЕЛЯМ
Не впрок природы буйный пирДля безответных душ,Не впрок созданья мастеровВ музеях и дворцах,Когда не творческий порыв,Вдруг вспыхнувший в груди,И не влеченье властных рукПриять и воссоздать.ВЕЧЕРНЯЯ ПЕСНЬ ХУДОЖНИКА
Когда бы клад высоких силВ груди, звеня, открылся!И мир, что в сердце зрел и жил,Из недр к перстам пролился!Бросает в дрожь, терзает боль,Но не могу смириться,Всем одарив меня, изволь,Природа, покориться!Могу ль забыть, как глаз обрелНежданное прозренье?Как дух в глухих песках нашелИсточник вдохновенья?Как ты дивишь, томить меняТо радостью, то гнетом!Струями тонкими звеня,Вздымаясь водометом.Ты дар дремавший, знаю я,В моей груди омылаИ узкий жребий для меняВ безбрежность обратила!НОВЫЙ АМАДИС
«Марш в чулан!» — кричал отец,И гремел засов.Жил я там, полумертвец,Тысячи часов.Там и подрастал.Там в мечтах я утопал:Рыцарский турнирТам выигрывал не раз,Там объездил мир,Словно принц Бекас.Замок кой-какой возвел,Кой-какой пожегИ драконов, где нашел,Взял на коготок.Да, я был герой!Под Парижем — боже мой —Спас я де Треску,И была со мной нежна,Позабыв тоску,Де Треска, княжна.Поцелуи милых уст —Истинный нектар.Я влюбился, будь я пуст!Я принес ей в дарСказки всей земли.Ах! княжна, увы, вдали.Увели. Куда?Иль ушла сама?Как пройти туда?Я сойду с ума!ОРЕЛ И ГОЛУБКА
С утеса молодой орелПустился на добычу;Стрелок пронзил ему крыло —И с высоты упалОн в масличную рощу.Там он томилсяТри долгих дня,Три долгих ночиИ содрогалсяОт боли; наконецБыл исцеленЖивительным бальзамомВсеисцеляющей природы.Влекомый хищничеством смелым,Приют покинул свой:Он хочет крылья испытать.Увы! они едваЕго подъемлют от земли —И он, в унынии глубоком,Садится отдохнутьНа камне у ручья.Он смотрит на вершину дуба,На солнце, на далекийНебесный свод —И в пламенных его глазахСверкают слезы.Поблизости, между олив,Крылами тихо вея,Летали голубь и голубка.Они к ручью спустилисьИ там по золотомуПеску гуляли вместе.Водя кругомПурпурными глазами,Голубка наконецПриметила сидящего в безмолвномУнынии орла.Она товарища тихонькоКрылом толкнула,Потом, с участием сердечнымВзглянувши на страдальца,Ему сказала:«Ты унываешь, друг!О чем же? Оглянись — не все ли,Что нам для счастьяПростого нужно,Ты здесь имеешь?Не дышат ли вокруг тебяБлагоуханием оливы?Не защищают ли зеленойПрозрачной сению своейОни тебя от зноя?И не прекрасно ль блещетЗдесь вечер золотойНа мураве и на игривыхСтруях ручья?Ты здесь гуляешь по цветам,Покрытым свежею росою,Ты можешь пищуСбирать с кустов и жаждуВ струях студеных утолять.О друг, поверь,Умеренность — прямое счастье!С умеренностью мыВезде и всем довольны».«О, мудрость, — прошептал орел,В себя сурово погрузившись,—Ты рассуждаешь, как голубка».ЗНАТОК И ЭНТУЗИАСТ
К девчонке моей я свел дружка,Хотел угодить дружищу;В ней любо все, с ней жизнь легка —Теплей, свежей не сыщешь.Она на кушетке в углу сидит,Головки своей не воротит;Он чинно ее комплиментом дарит,Присев у окна, напротив.Он нос свой морщил, он взор вперялВ нее — с головы до пяток.А я взглянул… и потерялУма моего остаток.Но друг мой, трезв, как никогда,Меня отводит в угол:«Смотри, она в боках худаИ лоб безбожно смугл».Сказал я девушке «прости»,—И молвил, прежде чем идти:«О боже мой, о боже мой,Будь грешнику судьей!».Он в галерее был со мной,Где дух костром пылает;И вот уже я сам не свой —Так за сердце хватает.«О мастер! мастер! — вскрикнул я.—Дай ему счастья, боже!Пускай вознаградит тебяНевеста, всех пригожей».Но критик брел, учен и строг,И, в зубе ковыряя,Сынов небесных в каталогВносил, не унывая.Сжималась в сладком страхе грудь,Вновь тяжела мирами;Ему ж — то криво, то чуть-чутьНе уместилось в раме.Вот в кресла я свалился вдруг,Все недра во мне пылали!А люди, в тесный сомкнувшись круг,Его знатоком величали.
