Стихотворения

  
251 Ты говоришь: моя душа — загадка,
 
 
 
                      Ты говоришь: моя душа — загадка,
 
                      Моей тоски причина не ясна;
 
                      Ко мне нежданно, словно лихорадка,
 
                      По временам является она.
 
 
 
                      Загадки нет. И счастье, и страданье,
 
                      И ночь, и день — всё, всё тобой полно,
 
                      И без тебя мое существованье
 
                      Мне кажется бесцветно и смешно.
 
 
 
                      Когда тебе грозит болезнь иль горе,
 
                      Когда укор безжалостный и злой
 
                      Читаю я в твоем холодном взоре,
 
                      Я падаю смущенною душой.
 
 
 
                      Но скажешь ты мне ласковое слово —
 
                      И горе всё куда-то унесло…
 
                      Ты — грозный бич, карающий сурово,
 
                      Ты — светлый луч, ласкающий тепло.
 
 
  
252 Когда, в объятиях продажных замирая,
 
 
 
                    Когда, в объятиях продажных замирая,
 
                    Потушишь ты огонь, пылающий в крови, —
 
                    Как устыдишься ты невольных слов любви,
 
                       Что ночь тебе подсказывала злая!
 
                    И целый день потом ты бродишь сам не свой,
 
                       Тебя гнетет воспоминанье это,
 
                       И жизнь, как день осенний без просвета,
 
                    Такою кажется бесцветной и пустой!
 
                    Но верь мне: близок час! Неслышными шагами,
 
                    Не званная, любовь войдет в твой тихий дом,
 
                    Наполнит дни твои блаженством и слезами
 
                    И сделает тебя героем и… рабом.
 
                    Тебя не устрашат ни гнет судьбы суровой,
 
                    Ни цепи тяжкие, ни пошлый суд людей…
 
                    И ты отдашь всю жизнь за ласковое слово,
 
                    За милый, добрый взгляд задумчивых очей!
 
 
  
253. БЕССОННИЦА
 
 
 
                        Проходят часы за часами
 
                        Несносной, враждебной толпой…
 
                        На помощь с тоской и слезами
 
                        Зову я твой образ родной!
 
 
 
                        Я всё, что в душе накипело,
 
                        Забуду, — но только взгляни
 
                        Доверчиво, ясно и смело,
 
                        Как прежде, в счастливые дни!
 
 
 
                        Твой образ глядит из тумана;
 
                        Увы! заслонен он другим —
 
                        Тем демоном лжи и обмана,
 
                        Мучителем старым моим!
 
 
 
                        Проходят часы за часами…
 
                        Тускнеет и гаснет твой взор,
 
                        Шипит и растет между нами
 
                        Обидный, безумный раздор…
 
 
 
                        Вот утра лучи шевельнулись…
 
                        Я в том же тупом забытьи…
 
                        Совсем от меня отвернулись
 
                        Потухшие очи твои.
 
 
  
ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ СТИХОТВОРЕНИЯ. ПАРОДИИ. ЭПИГРАММЫ. ЭКСПРОМТЫ
   
254. ЧУДЕСА
 
 
 
                          Какие чудеса творятся
 
                          У нас по прихоти судьбы:
 
                          С сынами Франции мирятся
 
                          Угрюмой Англии сыны.
 
                          И даже (верх всех удивлений!)
 
                          Союз меж ними заключен,
 
                          И от бульдожьих уверений
 
                          В чаду Луи Наполеон!
 
                          Уж не опять ли воедино
 
                          Они под знаменем креста
 
                          Идут толпами в Палестину,
 
                          Чтоб воевать за гроб Христа?
 
                          Нет, для народов просвещенных
 
                          Теперь уж выгоды в том нет:
 
                          Что взять им с греков угнетенных?
 
                          Зато не беден Магомет!
 
                          И против Руси собирают
 
                          Они за то войска свои,
 
                          Что к грекам руку простирают
 
                          Они в знак мира и любви.
 
                          А турок просто в восхищенье!
 
                          До этих пор он жил как зверь,
 
                          Не зная вовсе просвещенья,
 
                          А просвещается теперь!
 
                          Уж вместо сабли он иголку
 
                          Изделья английского взял
 
                          И на французскую ермолку
 
                          Чалму родную променял.
 
                          Но европейского покроя
 
                          Его одежда не спасла,
 
                          И под ермолкой, под чалмою,
 
                          Одна у турка голова.
 
                          Ведь мы уж были у Синопа,
 
                          И просвещенных мусульман
 
                          На кораблях купцов Европы
 
                          Их просветивших англичан.
 
                          И для французиков нахальных
 
                          Готов у нас уж пир такой,
 
                          Что без своих нарядов бальных
 
                          Они воротятся домой.
 
                          А если захотят остаться,
 
                          От дорогих таких гостей
 
                          Не можем, право, отказаться,
 
                          Не успокоив их костей.