Полное собрание стихотворений

 
 
Песня туманная, песня далекая,
 
И бесконечная, и заунывная,
 
Доля печальная, жизнь одинокая,
 
Слез и страдания цепь непрерывная…
 
 
 
Грустным аккордом она начинается…
 
В звуках аккорда, простого и длинного.
 
Слышу я, вопль из души вырывается,
 
Вопль за утратою детства невинного.
 
 
 
Далее звуков раскаты широкие –
 
Юного сердца мечты благородные:
 
Вера, терпения чувства высокие,
 
Страсти живые, желанья свободные.
 
 
 
Что же находим мы? В чувствах – страдания,
 
В страсти – мученья залог бесконечного,
 
В людях – обман… А мечты и желания?
 
Боже мой! Много ли в них долговечного?
 
 
 
Старость подходит часами невольными,
 
Тише и тише аккорды печальные…
 
Ждем, чтоб над нами, в гробу безглагольными,
 
Звуки кругом раздались погребальные…
 
 
 
После… Но если и есть за могилою
 
Песни иные, живые, веселые,
 
Жаль нам допеть нашу песню унылую,
 
Трудно нам сбросить оковы тяжелые!..
 
 
29 февраля 1856
  
Шарманка
 
 
М. А. Апухтиной
 
 
 
Я иду через площадь… Звездами
 
Не усыпано небо впотьмах…
 
Только слякоть да грязь пред глазами,
 
А шарманки мотивы в ушах.
 
 
 
И откуда те звуки, не знаю,
 
Но, под них забываться любя,
 
Всё прошедшее я вспоминаю
 
И ребенком вновь вижу себя.
 
 
 
В долгий вечер, бывало, зимою
 
У рояли я сонный сижу.
 
Ты играешь, а я за тобою
 
Неотвязчивым взором слежу.
 
 
 
То исчезнут из глаз твои руки,
 
То по клавишам явятся вдруг,
 
И чудесные, стройные звуки
 
Так ласкают и нежат мой слух.
 
 
 
А потом я рукою нетвердой
 
Повторяю урок в тишине,
 
И приятней живого аккорда
 
Твой же голос слышится мне.
 
 
 
Вот он тише звучит и слабее,
 
Вот пропал он в пространстве пустом.
 
А шарманка всё громче, звучнее,
 
Всё болезненней ноет кругом.
 
 
 
Вспоминаю я пору иную
 
И вот вижу: в столице, зимой,
 
И с колоннами залу большую,
 
И оркестр у подмосток большой.
 
 
 
Его речи, живой, музыкальной,
 
Так отрадно, мечтая, внимать,
 
То веселой, то томно-печальной,
 
И со мною твой образ опять.
 
 
 
И какие бы думе мятежной
 
Ни напомнил названья язык,
 
Всё мне слышится голос твой нежный
 
Всё мне видится ясный твой лик.
 
 
 
Может быть, и теперь пред роялью,
 
Как и прежде бывало, сидишь
 
И с спокойною, тихой печалью
 
На далекое поле глядишь.
 
 
 
Может быть, ты с невольной слезою
 
Вспоминаешь теперь обо мне?
 
И ты видишь: с постылой душою,
 
В незнакомой, чужой стороне
 
 
 
Я иду через площадь… Мечтами
 
Сердце полно о радостных днях…
 
Только слякоть да грязь пред глазами
 
И шарманки мотивы в ушах.
 
 
25 марта 1856
  
Апрельские мечты
 
 
О. П. Есиповой
 
 
 
Хотя рассыпчатый и с грязью пополам
 
Лежит пластами снег на улице сонливой,
 
Хотя и холодно бывает по утрам
 
И ветра слышатся стесненные порывы,
 
 
 
Но небо синее, прозрачное, без туч,
 
Но проницающей, крепительной струею
 
И свежий пар земли, но редкий солнца луч,
 
Сквозящий трепетно в час полдня над землею,–
 
 
 
Всё сладко шепчет мне: «На родине твоей
 
Уже давно весны повеяло дыханье,
 
Там груди дышится просторней и вольней,
 
Там ближе чувствуешь природы прозябанье,
 
 
 
Там отсыревшая и рыхлая земля
 
Уж черной полосой мелькает в синей дали…
 
Из сохнувших лесов чрез ровные поля
 
Потоки снежные давно перебежали.
 
 
 
И сад, где весело ребенком бегал ты,
 
Такой же прелестью былого детства веет:
 
В нем всё под сладостным дыханьем теплоты
 
Стремительно растет, цветет и зеленеет».
 
 
Апрель 1856
Санкт-Петербург
  
На Неве вечером
 
 
 
Плывем. Ни шороха. Ни звука. Тишина.
 
Нестройный шум толпы всё дальше замирает,
 
И зданий и дерев немая сторона
 
    Из глаз тихонько ускользает.
 
 
 
Плывем. Уж заревом полнеба облегло;
 
Багровые струи сверкают перед нами;
 
Качаяся, скользит покорное весло
 
    Над полусонными водами…
 
 
 
И сердце просится в неведомую даль,
 
В душе проносятся неясные мечтанья,
 
И радость томная, и светлая печаль,
 
    И непонятные желанья.
 
 
 
И так мне хорошо, и так душа полна,
 
Что взор с смущением невольным замечает,
 
Как зданий и дерев другая сторона
 
    Всё ближе, ближе подступает.
 
 
30 мая 1856
  
Дорогой
 
 
П. И. Чайковскому
 
 
 
Едешь, едешь в гору, в гору…
 
  Солнце так и жжет.
 
Ни души! Навстречу взору
 
  Только пыль встает.
 
 
 
Вон, мечты мои волнуя,
 
  Будто столб вдали…
 
Но уж цифры не могу я
 
  Различить в пыли.
 
 
 
И томит меня дремою,
 
  Жарко в голове…
 
Точно, помнишь, мы с тобою
 
  Едем по Неве.
 
 
 
Всё замолкло. Не колышет
 
  Сонная волна…
 
Сердце жадно волей дышит.
 
  Негой грудь полна,
 
 
 
И под мерное качанье
 
  Блещущей ладьи
 
Мы молчим, тая дыханье
 
  В сладком забытьи…
 
 
 
Но тряска моя телега,
 
  И далек мой путь,
 
А до мирного ночлега
 
  Не могу заснуть.
 
 
 
И опять всё в гору, в гору
 
  Едешь, – и опять
 
Те ж поля являют взору
 
  Ту ж пустую гладь.