Мой личный пейзаж страха (СИ)

Ночью несколько раз просыпался, ощущая доверчиво прижавшуюся к моему плечу спящую девушку. Такая спокойная, расслабленная. Моя.
Как мальчишке было приятно удивление и удовольствие Карми от кофе, а ее временами не смешные подколы не злили, ведь они означали лишь то, что девушка в моем присутствии расслабилась, успокоилась, доверилась, наконец. А это, как оказалось, для меня дорогого стоит. Короче, это все лирика, а факты таковы – пусть трещит о чем угодно, в разумных, конечно, пределах, лишь бы сидела на моей кухне в моей же футболке на голое тело.
Под ненавязчивое жужжание машинки и периодическое ойканье сопляка разглядываю изящную и несколько лет назад такую притягательную для меня азиатку, невольно сравнивая чувства к ней и к Карми. Тори сосредоточена на работе, но, почувствовав мой пристальный взгляд, поднимает глаза. Взгляд темных глаз равнодушный, ничего не выражающий, такой же холодный и остывший в отношении меня, как и мой по отношению к ней. Всей нашей невероятной страсти хватило нескольких месяцев, чтобы угаснуть навсегда. Какой она была тогда, в мою бытность неофитом – крутая на характер, со стальной волей и невероятным стратегическим мышлением. С моей стороны это, правда, не было даже страстью, так, больше интерес, помноженный на вечную подростковую эрекцию. Наигравшись друг с другом, спокойно расстались, даже чуть ли не в унисон облегченно вдохнув. И что с ней стало сейчас? Через пару лет она, потеряв брата, по глупости погибшего в обычном рейде, отказалась ото всех своих амбиций и, окончательно сникнув и не сумев восстановится после утраты, перешла на скучную работу в салоне. Лучше бы оставалась в Эрудиции, может, хорошую карьеру бы сделала.
Интересно, а если бы я сам там остался – кем бы сейчас был? Врачом, как отец? Ага, усмехаюсь про себя, если только хирургом. Полосовать скальпелем вдоль и поперек – вот это по мне. Или лучше сразу – патологоанатомом. Не люблю людей. Живых.
Наконец, Тори протерла свежую татуировку стерильными салфетками, еще раз придирчиво осмотрела результат и, быстро перечислив стандартные процедуры ухода за ней, отпустила парня, который поспешил побыстрее ретироваться. Делаю себе мысленную заметку – в ближайшую неделю правое предплечье будет у него слабым местом.
Азиатка не спеша убирает свое рабочее место, складывая инструменты на место и протирая поверхности, и молчит, предоставляя мне право первым начать разговор. Знает, что просто так я не прихожу, только если надо выговориться или посоветоваться. Молча достает из шкафчика начатую бутылку виски, но я отрицательно машу рукой – на сегодняшний день много планов, нехер с утра нажираться. Делаю глубокую затяжку и, наконец, решаюсь.
- Тори, мне нужно платье.
Девушка поднимает на меня абсолютно невозмутимый взгляд. Пожимает плечами и, не отрываясь от своих склянок, произносит:
- Ладно. Но предупреждаю – в нем ты будешь смотреться еще страшнее.
Автоматически поворачиваюсь к висящему сбоку зеркалу.
- А я что, страшный?
- Ну, – скользнув по мне взглядом, слегка улыбнулась она, – на любителя. Не подарок.
Когда я себя чувствую таким идиотом, как сейчас – начинаю злиться.
- Короче, – повышаю на нее голос, – мне нужно самое лучшее платье, которое ты сможешь достать.
- Подходящее к длинным русым волосам и зеленым глазам? – усмехается девушка.
 – Да, – рявкаю в ответ, раздраженный неприятным ощущением – как будто меня уличили в какой-то недостойной слабости, – что, вся фракция уже в курсе?
- Да ты и не скрываешь, Лидер. Таскаешь ее везде за собой по коридорам.
Ну, что есть, то есть. Пристально смотрю на Тори в ожидании ответа.
- Хорошо, – покладисто кивает головой девушка, – найду самое лучшее.
- Только чтобы, ну, закрыто все было. Длинное и приличное.
- Будет длинное и приличное, – кивает азиатка, – подарок решил сделать к инициации?
- Много вопросов.
- Да, в общем, и так понятно.
Тори равнодушно прикуривает сигарету и садится с ногами на свое же косметологическое кресло. Задумчиво курит, разглядывая потолок и выпуская дым вверх.
- А что вам, девкам, еще здесь нужно? Чего не хватает?
- Любви, – томно протягивает она, не глядя на меня, – всем не хватает любви, Эрик. Такова уж человеческая натура.
Сквозь зубы уточняю, усилием воли сдерживаясь, чтобы не нагрубить:
- Что вам, девкам, здесь из материального еще нужно? – я помахал рукой в воздухе, показывая нечто эфемерное, – ну, трусы там, помада, бусы?
Азиатка бросает на меня понимающий взгляд и вновь улыбается своей спокойной улыбкой, из-за которой мне снова хочется ее придушить. Вспомнил, почему мы расстались – меня всегда бесила ее вот эта невозмутимость вперемешку с язвительностью и покровительственным тоном. Я опасность, я тут, блядь, главное зло, а она никогда и не думала трепетать, с самого начала взяв в отношении меня снисходительный тон, которого и придерживается уже много лет. Немного, самую малость снисходительный, ни разу не переходящий в дерзость или открытое неповиновение, но достаточный для того, чтобы постоянно раздражать.
Тори была не первой моей женщиной, но именно она обучила практически всему. И именно с тех горячих дней она все еще не может отойти от своей роли опытного наставника. Но, на ее счастье, отлично чувствует рамки дозволенного. Как ни странно, но это единственный человек, к которому я могу прийти с таким вопросом, ведь что-то, а рот она умеет держать на замке.
- Эрик, какая помада, какие бусы? Мы в Бесстрашии.
- И что? Девки везде остаются девками. Что, я не видел, какие они размалеванные в бар приходят.
Тори, немного подумав, говорит:
- Неофитских карточек не хватает практически ни на что, особенно на красивые вещи. Например, на косметику, хорошее белье, одежду и обувь. Но твоей неофитке, мне кажется, все это не особо нужно, не такая она. Да и можешь ненароком обидеть – уж извини, ты не настолько тонок душой и изящен в манерах, чтобы красиво преподнести такие подарки. Платье я достану, на инициацию оно ей точно нужно, но мой тебе совет – подари ей хорошее оружие – думаю, этот жест она оценит. Хороший пистолет ценится здесь выше бус и других побрякушек, сам знаешь.
Задумчиво киваю и иду к выходу. Если сжать зубы и потерпеть пятнадцать минут, то от Тори всегда можно выйти с дельным советом.
В тренажерном зале уже многолюдно – самые ответственные неофиты всегда стараются прийти пораньше, дабы показать свое рвение. Фор на месте, почти весь лягушатник собрался, а Карми нет. Смотрю на часы – до начала построения всего пара минут. Опоздает хоть на секунду – будет наказана. Щенки, выстроившись в одну линию и вытянувшись во фрунт, молча стоят, ожидая команды «вольно» – с назначенного времени прошло почти четыре минуты, а Карми все нет. Ухмыляюсь, прокручивая в голове несколько вариантов приятных для обоих наказаний, но не успеваю проникнуться сладкими мыслями до конца, как дверь распахивается, и запыхавшаяся девушка вбегает в зал. Быстро оценив обстановку, направляется к начавшей выстраиваться в линию шеренге, но я перехватываю ее за локоть и подтаскиваю к себе:
- Я была у Кэти, засиделась, – выпаливает девушка, безуспешно пытаясь восстановить сбитое после бега дыхание.
Сейчас будет весело. Мне.
- Ты опоздала, – обдаю ее ледяным холодом, – сейчас тренировка, а вечером со всем шмотьем переселяешься ко мне, там и поговорим.
Карми, подняв на меня недоуменный взгляд, пытается освободить руку, и шепчет в ответ:
- Я не собираюсь к тебе переезжать. Отпусти!
 – Это не просьба.
- Нет, Эрик, я же тебе уже объясняла – не хочу, чтобы все узнали!
- Ах, они еще не знают? – широко улыбаюсь ей коронной улыбкой сытого крокодила, – вот сейчас и объявлю на построении!
В упор смотрю на нее, усмехаясь при виде мгновенно темнеющих от злости зеленоватых глаз. Впившись в меня яростным взглядом и тяжело дыша, девушка шипит:
- Только попробуй!
- Поуказывай мне, – и, легонько подтолкнув, приказываю, – встать в строй!