Мой личный пейзаж страха (СИ)

- А какие гарантии?
- Никаких, – в таком настроении я готов перестрелять пол-фракции, а не гарантии раздавать.
Карми опускает глаза и молча разглядывает носки туфель.
- А у тебя есть выбор? – сажусь в кресло напротив нее, откидываюсь назад, сложив руки на груди, и глазами показываю на место между моих раздвинутых коленей. В джинсах уже становится тесновато.
- У меня – нет. Спасибо, что напомнил, – Карми наконец смотрит на меня; в звонком, все более уверенном голосе слышны нотки холода, – предлагаю для начала обсудить все условия – каким образом ты сможешь оставить Кэти, чем она будет заниматься и что на это скажут другие Лидеры. Или этот вопрос только в твоей компетенции?
Ишь, деловая. А сама сейчас больше всего похожа на встрепанного воробья, изо всех сил пытающегося храбриться перед огромным злым вороном. Под моим пристальным взглядом тушуется и нервничает все больше,все чаще с тоской поглядывая на запертую дверь.
- Ты еще ни разу не постаралась для того, чтобы я начал обдумывать эти вопросы. Только свистишь, что готова на все. А здесь за необдуманные слова можно серьезно нарваться.
Девушка, отвернувшаяся было от моего сверлящего взгляда, сейчас поворачивается и выпаливает мне в лицо:
- Да в конце концов, это и ваша, командиров, вина! Может, вы тоже приложите руку к тому, чтобы загладить ее, помогая Кэти? В чем она виновата? Одно ваше слово – и она спасена! Так нет же, вы даже задницы не поднимете, чтобы хоть немного подумать и загладить свой косяк!
О, как она быстро осмелела! Решила, что раз не заставил сосать прямо с порога, то все можно? Зря решила, как обычно ни хуя не думает, прежде чем рот раскрыть. Сжимаю зубы от захлестывающих волн раздражения – те же самые слова о своей вине я слышал ровно два часа назад от Макса. Но ему – можно, а ей – нет. Не хватало еще, чтобы меня, Лидера, в чем-то обвинял зеленый неофит. Субординация, иерархия, принцип подчиненности и прочая хрень должны быть соблюдены, это закон.
Медленно поднимаюсь с кресла и, как бы невзначай, бросаю взгляд на удачно валяющиеся на столике мотки скотча. Карми, перехватив взгляд, испуганно пятится назад и оглядывается на дверь. Закрыто, детка. И блокировку тебе не снять.
- Твоя подруга оказалась слишком недалекой и безмозглой, за что и поплатилась. А твоя тупость просто удивляет. Вместо того, чтобы воспользоваться возможностью и отработать свою просьбу, ты как обычно не вовремя раскрываешь рот. Но я тогда сам возьму то, что ты так стремишься дать, – и, видя, что девушка аж отшатнулась, рычу, – Смирно!
Вечер обещает быть увлекательным. Я в раю.
POV Карми.
Я в полной заднице.
Все мои расчеты оказались в корне неверными. Начиная с тех, по которым Эрик должен был сойти с ума от радости при виде такой поздней гостьи, заканчивая уверенностью, что мне легко удастся убедить его оставить Кейт.
Поначалу, увидев презрительно-равнодушный взгляд, я подумала, что он не один. Но мужчина предложил зайти и, как бы страшно не было, зайти пришлось. Делаю два шага в квартиру и оглядываюсь, приятно удивленная невероятной чистотой, царившей в просторном и светлом помещении. Комната раза в три больше, чем у Дэни, мебель и техника в разы новее, а от огромного окна практически во всю стену и вовсе захватывает дух. Как же хорошо устроился! Нам бы в комнатушку хоть малюсенькое окно, а то живем как в подземелье.
Схожесть квартиры Лидера и рядового члена фракции – в спартанской обстановке: мебель здесь та же самая, разве только более стильная. В углу – небольшой шкаф, пара черных кожаных кресел и два стола. Один, маленький, весь заставлен какими-то банками и завален железками, а второй, побольше – стопками бумаг и папок. А перед окном, гордо выделяясь на всю комнату, стоит огромная двухспальная кровать, застеленная сейчас черным покрывалом. М-да, была уже в моей жизни кровать с черным покрывалом, и вот, по собственной воле пришла к еще одной.
Но не размеры кровати поразили меня больше всего, а невероятно огромное для Бесстрашного количество книг. Забитые ими полки уходили под самый потолок, причем, было видно, что книги не для красоты стоят, а находятся в частом использовании. Точно, вспоминаю я, Эрик ведь бывший Эрудит. И привычки, видимо, остались оттуда. Опасное сочетание – Эрудит, переодетый в Бесстрашного.
Я действительно была уверена, что готова ко всему, но грубая и хамская просьба встать на колени довела меня чуть ли не до слез. Как же хочется сохранить хотя бы каплю гордости и не стать его игрушкой, куклой для унижений! Но ведь сама, по своей воле оказалась в этой запертой комнате наедине с до крайности раздраженным Лидером. Другой бы радовался, а этот еще и нос воротит. Чувствую, как начинаю злиться. Но я пришла сюда с конкретной целью, поэтому сразу стараюсь перевести разговор в деловое русло и уточнить дальнейшую судьбу Кэти и свои гарантии.
Но я сорвалась. Не вовремя и так глупо, но страх, нервное напряжение и грубость Эрика сделали свое дело. И, похоже, сейчас это закончится очередным изнасилованием – вон как он плотоядно на скотч поглядывает. А потом, воспользовавшись и унизив, выставит в коридор. В свое оправдание могу сказать только одно – настроение у Лидера было такое, что, похоже, мне и без моих обвинений ничего не светило. Ну, а с ними я нарвалась и на дополнительный бонус в виде садистского секса.
Надо либо бежать, либо попытаться переломить ситуацию. Бежать точно не получится, если только в окно сигать, значит второе, тем более слово «тупость», произнесенное обычным Эриковским брезгливым тоном, навело меня на одну мысль. Мысль невероятно глупая, отчаянно-самонадеянная, абсолютно безумная, но, к сожалению, единственная. Если это не сработает, то, как говорится, «запомните меня – я улыбалась».
Господи, пусть у Эрика будет отличное чувство юмора, иначе мне конец.
Резко разворачиваюсь лицом к неспешно приближающемуся мужчине, и, нацепив на лицо маску «как же я зол», делаю шаг навстречу, потом второй, подходя максимально близко. Эрик нерешительно замер.
- Тупость, говоришь? – тон максимально презрительный, побольше металла в голос, – ну давай тогда обсудим и твою тупость. Ни хуя не подумав и не послушав Макса, прыгнул навстречу изгоям. Неисполнение приказа. Это раз.
Толкаю Эрика в плечо, заставляя инстинктивно сделать шаг назад. Пирсингованная бровь удивленно ползет вверх, а гримаса презрения медленно сменяется удивлением. Похоже, я сломала систему. Не даю опомниться и продолжаю:
- Вытащил нож у меня из кармана штанов. Кража личного оружия. Это два.
Демонстративно целюсь кулаком в живот, но мужчина конечно же легко блокирует удар. В серых глазах загорается радостный огонек, губы растягиваются в усмешке.
- В корне не верно оценил мои способности к ориентированию на карте, Макс не даст соврать. Недальновидность и неграмотный анализ умений подчиненных. Это три.
Несильно бью в солнечное сплетение, но сомневаюсь, что Лидер вообще заметил мой удар. Эрик же, улыбаясь во все тридцать два зуба, выставляет руку вперед и начинает тянуть тонким голосом, явно изображая меня:
-Пожалуйста, не надо больше! – а сам ржет. Юморист хренов.
- Я же только начала, – рявкаю на него, силясь его коронным приемом приподнять бровь. Эрик начинает хохотать в голос. Святые угодники – у нашего командира есть чувство юмора!
- В душевой угрожал мне ножом. Нарушение пятнадцатого пункта Устава Бесстрашия – о недопустимости насильственных действий по отношению к членам фракции. Это четыре.
Пытаюсь достать его рукой наотмашь, но мужчина отклоняется, не забывая медленно, но верно отступать назад, к кровати. Глаза, блестящие от удовольствия, пристально следят за мной, с нетерпением ожидая продолжения. Видя, что я замешкалась, охотно подсказывает:
- Залез под юбку подчиненной и несколько раз совершил развратные действия – неуставные отношения.
- Соображаешь, – обдаю я его напускным презрением, – это пять.
Пытаюсь толкнуть в грудь, но мужчина, даже не дождавшись моего удара, сам с удовольствием падает спиной на кровать. Медленно залезаю туда же и усаживаюсь на Лидера верхом, крепко обхватив голый торс мужчины коленями. Смотрю сверху в блестящие от веселья глаза и понимаю, что в такого Лидера я и влюблена – спокойного, веселого, расположенного к нормальному человеческому общению. Тянусь к губам, но Эрик снова выставляет руки вперед, пытаясь схватить меня за плечи, и начинает придуриваться, гнусавя тонким голосом: