Паром

Часть 41 из 98 Информация о книге
  Лермонтов
   Почти благодарный услуге.
 Быть может, шепнув: — Не тяни… 
 Усталый от муки и скуки.
 Он рухнул, как пахарь в тени.
 
  Над этим обрывом клыкастым 
 Покой наконец он обрел. 
 Раскинувши руки, распластан, 
 Как в небе распластан орел.
 
 
  Тело и мысль
   Величие духа мы славим обычно,
 Но жертвенность тела, пожалуй, первична.
 
  Кормили из ложечки старого Канта.
 В предсмертное детство впадал старикан-то.
 
  Как странно: в полнеба огромные мысли,
 А руки бессильно вдоль тела повисли.
 
  Бессильно повисли, а раньше, бывало. 
 Сводили с размаху кремень и кресало.
 
  Бессмертные мысли под куполом тверди.
 А бедное тело готовится к смерти.
 
  К чему же тогда светоносные мысли?
 Чтоб люди людей в темноте не загрызли.
 
 
  Философ
   Он занят загадкою грозной. 
 Она не смущает его:
 Зачем мирозданию звезды 
 И сам человек для чего?
 
  Как связанность соли и хлеба 
 Души человеческой суть — 
 Вместившая звездное небо 
 И совесть в единую грудь.
 
 
  Жизнь — неудачное лето…
   Жизнь — неудачное лето. 
 Что же нам делать теперь? 
 Лучше не думать про это. 
 Скоро захлопнется дверь.
 
  Всё же когда-то и где-то 
 Были любимы и мы.
 И неудачное лето 
 Стоит удачной зимы.
 
 
  Вдохновенье
   Вдохновенье — вдох мгновенья. 
 Вдохновенье — это дар 
 Чуять в небе перемены.
 И как ножевой удар — 
 Вертикально кровь из вены!
 Так выталкивают ввысь 
 Ослепительную мысль
 Вдохновенье — вдох мгновенья.
 
 
  Поэмы
   Малыш, или Поэма света
   Отдохновение уму,
 Душе от злобы дня заслонка, 
 Да славится в любом дому 
 Щебечущий цветок ребенка.
 Ты смутно узнаешь черты.
 Ты как бы вспоминаешь жесты. 
 Неужто это снова ты?
 …И прошумят из пустоты 
 Надежды, подлости, оркестры.
 
 
* * *
  — Сынок, не заплывай за буй! —
 С крыльца с тревогою мгновенной. 
 Ах, голос мамы: — Не горюй! — 
 Теперь, должно быть, из Вселенной.
 — Сынок, не заплывай за буй!
 Не за-плы-вай!.. — сладит тревога. 
 Сказать уж некому: — Подуй! — 
 Приплясывая от ожога.
 Когда один, куда ни глянь.
 Среди всемирного раздора. 
 Слабейшему опорой стань!
 И в том, глядишь, твоя опора.
 
 
* * *
  Как соблазнительно проста 
 Судьбы свободная прикидка. 
 Как будто с чистого листа 
 Прожить еще одна попытка.
 
  Два варианта — путь земной. 
 Какой счастливый? Вот задача. 
 Но от того, что знаешь свой, 
 Второй и есть твоя удача.
 
 
* * *
  Вот эволюции исток.
 Шлеп! Шлеп! Чарующие звуки! 
 Вполне успешно делом ног 
 Усердно занятые руки.
 
  Он ненавидит произвол 
 Вещей, подробности рутины. 
 Любой предмет — на пол! На пол! 
 Не в этом главное, дубины!
 
  Вот соску, что без молока. 
 Молочные сжимают зубки. 
 Задумался и чмок! слегка 
 По принципу потухшей трубки.
 
  Спит на балконе-корабле.
 Сопит, посвистывает дроздик.
 Вдруг SOS! Мычит: — Ко мне! Ко мне! 
 Трясется капитанский мостик,
 
  — Где мой стюард? Где мой дурак? 
 Ищите трубку! Трубку! Трубку! 
 Свистать наверх! На полубак! 
 Спустите, если надо, шлюпку!
 
  Ищу. Мотает головой 
 С оттенком сдержанного гнева:
 — Уволю! Ты совсем тупой!
 Не справа выпала, а слева!
 
  …Да, тупость. Правду говоришь.
 С годами взрослые линяют.
 У нас за тупость, мой малыш 
 (Сказать: гуманность — согрешишь).
 Не принято, не увольняют.
 
  А на ночь поят молодца.
 Нет, не в отца (на всякий случай!) 
 Стрижет! Добулькал до конца!
 А выражение лица:
 После бутылки спится лучше.
 
 
* * *
  Чего ни цапнет, в рот сует.
 Сам и алхимик и пробирка.
 Газету «Правда» — вправду в рот,
 А вслед (для тиража) — копирка.
 
  Отбил мочалку, как в бою!
 Не унывает! Въелся в пемзу!
 А там! Хвать рукопись мою!
 И на зубок! (как раньше!!!) цензор!
 
  Чего ни встретит, тянет в рот. 
 Успеешь вытянуть — он в слезы. 
 Обоев ленточки грызет.
 Лосенок! Это ж не березы!
 
  Вот скинул вазу с высоты.
 Не в вазе дело! Просто дико 
 Жевать невинные цветы.
 Хоть пахнет пряником гвоздика!
 
  Все в рот! Гантели и кота!
 Картошка! Ложка! Брошка в кильке! 
 Где женщины! Сюда! Сюда!
 Прочь с палубы хотя бы шпильки!
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница