Стихи остаются в строю

  
Кукушка
 
 
 
Над головою пуля просвистела;
 
Шальная иль придельная она?
 
Но, как струна натянутая, пела,
 
Пронизанная ею тишина.
 
 
 
Меня сегодня пуля миновала,
 
Сердцебиенье успокоив мне,
 
И тот же час в лесу закуковала
 
Веселая кукушка на сосне.
 
 
 
Хорошая народная примета:
 
Нам жить столетья, пополам деля
 
Всю ярость бурь и солнечного света,
 
Все, чем богата русская земля.
 
 
 15 апреля 1943 г. 
  
После боя
 
 
 
Хорошо, товарищ, после боя,
 
Выдыхая дым пороховой,
 
Посмотреть на небо голубое —
 
Облака плывут над головой…
 
 
 
И в затихшем орудийном гуле,
 
Что в ушах моих еще звенит,
 
Вся страна в почетном карауле
 
Над убитым воином стоит.
 
 
 10 мая 1943 г. 
  
Перед атакой
 
 
 
Если я на поле ратном,
 
Испустив предсмертный стон,
 
Упаду в огне закатном
 
Вражьей пулею сражен;
 
 
 
Если ворон, словно в песне,
 
Надо мною круг замкнет, —
 
Я хочу, чтоб мой ровесник
 
Через труп шагнул вперед.
 
 
 
Пусть ускорит он походку
 
Среди выжженной травы,
 
Пропотевшую пилотку
 
Не снимая с головы.
 
 
 
И, зажав винтовку твердо,
 
Отомстит за смерть мою,
 
За страдания народа
 
И за родину свою!
 
 
  
Леонид Шершер
   
В день победы
 
 
 
Да будет веселым день нашей победы!
 
   Мы снова сойдемся в круг —
 
Друг налево и друг направо,
 
   и прямо напротив друг.
 
 
 
Когда этот час неизбежный настанет,
 
   я встану, подняв стакан:
 
— Не все здесь с нами. Одни убиты,
 
   лечат других от ран.
 
 
 
Но я от имени всех живущих и тех,
 
   кто погиб в бою,
 
В слове простом, и взволнованном слове
 
   прославляю страну мою.
 
 
 
Что я скажу, как сумею найти я
 
   лучшие в мире слова!
 
Я даже не крикну, а тихо скажу вам:
 
   — Да здравствует наша Москва!
 
 
 
Мы в окна посмотрим — увидим:
 
   снова звезды горят на Кремле,
 
Весна начинается, пахнет весною
 
   по всей молодой земле,
 
 
 
Вот они, школы, где мы учились,
 
   сквер, куда шли гулять.
 
Вокзалы, с которых мы провожали,
 
   зовут нас теперь встречать!
 
 
 
А если мне суждено в сраженье
 
   погибнуть до этого дня —
 
Ты тогда поднимись со стаканом
 
   и это скажи за меня.
 
 
 
Сделайте все, что я не успею
 
   сделать в моей стране.
 
А любимую пусть никто не целует,
 
   пусть помнит она обо мне!
 
 
  
Сны
 
 
 
Я не знаю, надо иль не надо
 
Сны свои рассказывать в стихах.
 
Только возле города Гренады
 
Я сегодня ночевал в горах.
 
Я видал, как проходили грозы,
 
Слышал, топали издалека,
 
Проплывали верхом бомбовозы,
 
Низом проплывали облака.
 
После снов тяжелых, после боя,
 
После гулких вздохов батарей
 
Небо над Испанией такое,
 
Как весной над родиной моей.
 
Я хожу по улицам суровый,
 
Сплю под дребезжанье гроз.
 
В комнате моей шестиметровой
 
Запах пороха мадридского и роз
 
Из садов распахнутых Гренады,
 
Не увядших на крутых ветрах…
 
 
 
Я не знаю, надо иль не надо
 
Сны свои рассказывать в стихах.
 
 
 
Если звездными ночами снится,
 
Как расходятся во тьму пути,
 
Значит сердцу дома не сидится,
 
Значит сердцу хочется уйти.
 
Но оно не скажет мне ни слова,
 
Я пойму его по стуку сам —
 
К опаленным подступам Кордовы,
 
К астурийским рослым горнякам
 
Рвется сердце. Сквозь дожди и ветры
 
Путь его протянется, как нить…
 
…На пространстве в шесть квадратных
 
   метров
 
Разве можно сердце уместить?
 
Пусть выходит сердце, как победа,
 
Как луна к раскрытому окну,
 
К черноглазым девушкам Овьедо,
 
Отстоявшим пулями весну.
 
И они, уверенны и ловки,
 
Проходя сквозь орудийный дым,
 
Зарядят тяжелые винтовки
 
Сердцем сокрушающим моим.
 
 
  
Ветер от винта
 
 
 
Как давно нам уже довелось фронтовые петлицы
 
Неумелой рукой к гимнастерке своей пришивать,
 
Золотые, привыкшие к синему, птицы
 
По защитному небу легко научились летать.
 
Хоть клянусь не забыть — может, все позабуду
 
   на свете,
 
Когда час вспоминать мне о прожитых днях
 
   подойдет,
 
Не смогу лишь забыть я крутой и взволнованный
 
   ветер
 
От винта самолета, готового в дальний полет.
 
 
 
Не сумею забыть этот ветер тревожной дороги,
 
Как летит он, взрываясь над самой моей головой,
 
Как в испуге ложится трава молодая под ноги,
 
И деревья со злостью качают зеленой листвой.
 
Фронтовая судьба! Что есть чище и выше на свете!
 
Ты живешь, ощущая всегда, как тебя обдает
 
Бескорыстный, прямой, удивительной ясности ветер
 
От винта самолета, готового в дальний полет.
 
 
 
Тот, кто раз ощущал его сердцем своим и душою,
 
Тот бескрылым не сможет ходить никогда по земле,
 
Тот весь век называет своею счастливой звездою
 
Пятикрылые звезды на синем, как небо, крыле.
 
И куда б ни пошел ты — он всюду проникнет
 
   и встретит,
 
Он могучей рукою тебя до конца поведет —
 
Беспощадный, упрямый в своем наступлении ветер
 
От винта самолета, готового в дальний полет.
 
 
 
Ты поверь мне, что это не просто красивая фраза,
 
Ты поверь, что я жить бы, пожалуй, на свете не мог,
 
Если б знал, что сумею забыть до последнего часа
 
Ветер юности нашей, тревожных и дальних дорог.
 
А когда я умру и меня повезут на лафете,
 
Как при жизни, мне волосы грубой рукой шевельнет
 
Ненавидящий слезы и смерть презирающий ветер
 
От винта самолета, идущего в дальний полет.