Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
301. Май 1941 — Май 1942
В том мае мы еще смеялись,Любили зелень и огни.Ни голос скрипок, ни роялиНам не пророчили войны.Мы не догадывались, споря(Нам было тесно на земле),Какие годы и просторыНам суждено преодолеть…Париж поруганный и страшный,Казалось, на краю земли,И Новодевичьего башниПокой, как Софью, стерегли.И лишь врасплох, поодиночке,Тут бред захватывал стихи,Ломая ритм, тревожа строчкиСвоим дыханием сухим.Теперь мы и строж ей и старше,Теперь в казарменной ночиНа утренний подъем и марши —Тревогу трубят трубачи.Теперь, мой друг и собеседник,Романтика и пот рубахУже не вымысел и бредни,А наша трудная судьба.Она сведет нас в том предместье,Где боя нет, где ночь тиха,Где мы, как о далеком детстве,Впервые вспомним о стихах.Пусть наша юность не воскреснет,Траншей и поля старожил!Нам хорошо от горькой песни,Что ты под Вязьмою сложил.ЕВГЕНИЙ ПАНФИЛОВ
Евгений Андреевич Панфилов родился в 1902 году в Петербурге в рабочей семье. В 1917 году окончил высшее начальное училище и поступил работать на ленинградскую фабрику «Гознак». Занимался в литературной студни Пролеткульта, учился на рабфаке при Ленинградском государственном университете.
В 1920 году начал печатать свои стихи в журналах «Грядущее», «Юный пролетарий», «Пламя», руководил литературными кружками на Ижорском заводе и на заводе «Светлана». Учился в Ленинградском университете и одновременно работал подручным фрезеровщика на заводе «Русский дизель». В 1926 году вышла первая книга стихов и поэм «На рубеже», вызвавшая большое количество критических статей и рецензий.
В 1928 году вышел второй сборник стихов Панфилова «На седьмом этаже». Поэт печатался также в различных журналах и альманахах. Много времени отдавал Е. Панфилов рабочим литературным кружкам на заводе «Электросила» и другим.
Перед войной поэт подготовил к печати книгу своих избранных стихов — «Мечта».
В первые же дни Великой Отечественной войны Евгений Панфилов вступил добровольцем в ряды народного ополчения и погиб в тяжелых боях за переправу на реке Оредеж (Ленинградская область) в августе 1941 года.
302. «Ай, и много, много будет ласки…»
Ай, и много, много будет ласкиНа цветущем берегу,Если наши мысли без опаскиВ неизведанное побегут.Ой, звените, скрипки и гитары,И пляшите, пилы, топоры:Наше сердце — брызги Ниагары,Наши помыслы — орлы!И летят бестрепетною стаей,Через тундры и солончаки,Вдаль, туда, где изредка мигаютОгоньки…Пусть туман и пуля-лиходейка —В сердце страх не выищет угла:Жизнь легка, как праздничная вейка,И напевна, как колокола!Ей-же-ей, пузатое и злоеМоре в пене… Не видать земли…Только мы, сквозь время буревоеПроведем удачно корабли!Ай, и много, много будет ласкиНа цветущем берегу,Если наши мысли без опаскиВ будущее побегут!303. У нас и у них
У нас шестеренкиБегают, как девчонкиШестнадцати лет,А у них — нет.У нас расплавленная медь —Не медь, а солнце, сброшенное в мастерскую;Ну, где у них вот заиметьИ перелить такую?Наши стружки-серебрушки,Что хорошие подружки:За одной другая вслед,А у них-то стружек — нет.У нас паровой молотМужественен и молод:Каждый удар легок и лих.А что у них?Ах, зато у них, у текстилей,Сотни, тысячи девчонок,Смех которых звонче и теплейРазговора наших шестеренок!304. На седьмом этаже
Там, где люди, кони и трамваи,Где автомобили и кино —Много зданий, поглядишь, зевая,Над панелью блеклой взнесено.И в одном, меж небом и землею,В этаже, взлетевшем на чердак,Со своей двадцатилетнею женоюПроживает молодой чудак.Он творит, строчит стихотворенья,А она в затерянной тишиПересчитывает бережно поленьяИ редакционные гроши.Хорошо им на своем балконе(Не балкон, а крыша) — точно с гор,Гулкий город, словно на ладони,И, как степь, размашистый простор.Вот тяжелый мрачный Исаакий,Крепостная бурая стена,А налево, за мостом во мраке —Выборгская сторона.Хорошо им — воздух. В самом деле!Только лягут рыхлые снега —По квартире вьюги и метели,Как в произведеньях Пильняка.И балкон уже простая крыша,И окошки не окошки — щель.Заметает выше — вышеБесконечная метель.Хорошо им: не в ладах с плитою;Даже в печку вглядываясь зло,У печурки мечутся с едою,От печурки требуют тепло.Поневоле с января о дачеЗамечтать придется молодым,Если днями отовсюду скачетБеспокойный дым.Где трамваи и народ — толпою,Где безделье мечется и труд —Вот над этой взбалмошной землеюИ мои знакомые живут.