Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Часть 83 из 149 Информация о книге
296. «Ни сказки нету, ни песни…»
Ни сказки нету, ни песни,Никто не расскажет о том,Как был ты расстрелян, ровесник,При матери, под окном.И жил ты и умер как надо.А там, где упал ты, теперьЛишь шорох заглохшего садаДа глухо забитая дверь.И мне бы и просто и строгоПройти по дорогам земным,И мне пусть приснятся в тревогахМальчишески-ясные сны.И пусть упаду, не изведав,Как ветер над миром прошел,Как тяжко колышет победаЗнамен пламенеющих шелк.И мне б, умирая, сквозь роздымьСледить, как на запад прошлиТакие хорошие звезды,Последние звезды мои.А ветер всё круче и кручеВстает над моею страной,Веселые майские тучиПроносятся стороной.И мне бы сквозь горечь бурьянаУслышать большую грозу,Услышать, как в пыльные раныКолючие травы ползут.И жизнь, проходящая мимо,И грудь просверливший свинецМне станут ясны нестерпимо —И пусть это будет конец.297. «Горькие и высохшие травы…»
Горькие и высохшие травы,Камни под копытами и мухи,Облепившие у раненого рот…Мы тогда рождались только,Изредка отцы к нам приходили,Ставили винтовки в уголИ руками, от которых пахлоПорохом, окопною землею,Осторожно подымали нас.За окном команда раздавалась,Ржали кони, тяжкою походкойЛюди проходила умирать.Ветер над убитыми да песни,Пыль на сапогах, да слава,Да тысячелетние дороги,По которым некуда идти…Так в тифу, в броду и в детском плаче,В переполненных убитыми окопахИ в зрачках безумных матерей, —Так она рождалась, наша правда,В боли, в судорогах — и этой правдеНикогда, нигде не умирать!298. «Не забыть мне этот вечер…»
Не забыть мне этот вечер:Ветер шарил по полям,А в саду на тихом вечеСовещались тополя.Я — романтик. Было жалко,Что на спутанных ветвяхНе увижу я русалкиС гребнем в мокрых волосах.Что не крикнет старый лешийМне из темного дупла,Что не спросит ворон вещий,Пролетая: «Как дела?»Вместо этой чертовщиныС ней я встретился тогда,Где о сникшие вершиныРаскололась гладь пруда.По пруду кувшинки плыли,Звезды на небе зажглись,Мы недолго говорили,Улыбнувшись, разошлись.В память вечера такогоЯ хотел для счастья снятьНеизвестную подковуНеизвестного коня.А подкова затеряласьВ мягких теплых небесах…Только мне затосковалось,Отчего, не знаю сам.Может, я погибну скоро,Но до смерти б я донесЧутких листьев робкий шорох,Перемигиванье звезд.Может, я не смело встречуСмерть. Но, сделавшись светлей,Я припомню этот вечер —Встречу с девушкой моей.299. Во славу твою
Не кричим, не мечемся, не любим,Сердце — камнем. Но удар — и вотПесня обожжет нам губы,Ветер в дверь открытую войдет.Это мы. Лаокооном новым,Искупленьем не своей вины,Встану, на мучения готовый,Словно осужденный у стены.Душу искромсай и изнасилуй,Высмей сокровенные слова,Землю, по которой ты ходила,Исступленно буду целовать.Не боюсь насмешек. Пусть уродливо,Пусть не воркованье, а разбой.Лучше уж любовь юродивая,Чем вегетарианская любовь.Никогда не перестану славить!Пусть сомнут, сломают, раздробят,Если скажешь песню обезглавить,Песню обезглавлю для тебя.300. Лаокоон
Полуоткрытый рот и тело, как струна,Готовы плакать и кричать от боли,А ты молчишь, и гордость спасена.Но кто тебе молчать позволил?Пока ты здесь, пока ты небо видишь,Пока еще ты только человек,От боли, от стыда и от обидыТы можешь плакать, грек.Потом возьмут продолговатый камень,И, на века оставленный резцом,Пустыми и холодными глазамиТы будешь нам смотреть в лицо.Пусть так же обойдется жизнь со мной,Чтоб помнить: боль была, и тучи плыли.А дальше — ночь. А дальше — всё равно,Холодный мрамор иль щепотка пыли.