Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

  
258. В ДНИ РАЗЛУКИ
 
 
 
Исходи весь город
 
Поперек и вдоль —
 
Не умолкнет сердце,
 
Не утихнет боль.
 
 
 
В чьих-то узких окнах
 
Стынет звон и свет,
 
А со мною рядом
 
Больше друга нет.
 
 
 
Сколько недосказано
 
Самых нежных слов,
 
Сколько недосмотрено
 
Самых нужных снов!
 
 
 
Если б сил хватило,
 
Можно закричать:
 
На конверте белом
 
Черная печать.
 
 
 
И знакомый почерк
 
Поперек и вдоль.
 
Чем письмо короче,
 
Тем длиннее боль.
 
 
 
В дни разлуки дальней
 
Письменная весть —
 
Самое большое
 
Из всего, что есть.
 
 
1939
 
  
259. О МОЕМ ГЕРОЕ
 
 
 
Как мой герой себе прискучил!
 
И мне прискучил. Вечно шал,
 
Немножко зол, немножко ал
 
В бенгальском блеске фраз трескучих.
 
Как мой герой меня изводит!
 
Он — неживой, а я — живой.
 
Я жду его, зову его.
 
Когда ж явиться он изволит?
 
Как мой герой меня пленяет!
 
Он мой и вместе с тем не мой.
 
Между прохожими и мной
 
Он запросто себя вклиняет.
 
Как мой герой со мною резок!
 
Я мысли сам поразолью
 
И на него вину свалю.
 
Он не обидчив, хоть и дерзок.
 
Как мои герой со всеми родствен,
 
Хоть тем, что не похож на всех,
 
И тем, что огорченный смех
 
Его сопровождает в росте.
 
Как мой герой везде влипает,
 
Во всё влюбляется, всему
 
Дает советы, и ему
 
Звенит приветом вещь любая.
 
Как мой герой меня не любит,
 
Как будто сердцем он скупой,
 
Как будто он совсем живой,
 
И он меня совсем не любит.
 
 
1939
 
  
260. «По полю прямому…»
 
 
 
По полю прямому
 
В атаку идут войска,
 
Штыки холодеют,
 
Колотится кровь у виска.
 
 
 
Из дальнего леса,
 
Из темного леса — дымок.
 
Один покачнулся,
 
К земле прижался и лег.
 
 
 
— Товарищ, прости нас,
 
Чуток полежи, погоди,
 
Придут санитары,
 
Они там идут позади.
 
 
 
— Я знаю. Спасибо.
 
Ребята, вот эту шинель
 
Потом отошлите
 
В деревню на память жене.
 
 
 
А кончится битва —
 
Солдат не судите чужих.
 
Прошу, передайте:
 
Я с ними боролся за них.
 
 
1940
 
  
261. ТЫ ДОЛЖЕН ПОМОГАТЬ
 
 
 
Ты тоже просился в битву,
 
Где песни поют пулеметы.
 
Отец покачал головою:
 
«А с кем же останется мать?
 
Теперь на нее ложатся
 
Все хлопоты и заботы.
 
Ты будешь ей опорой,
 
Ты должен ей помогать».
 
Ты носишь воду в ведрах,
 
Колешь дрова в сарае,
 
Сам за покупками ходишь,
 
Сам готовишь обед,
 
Сам починяешь радио,
 
Чтоб громче марши играло,
 
Чтоб лучше слышать, как бьются
 
Твой отец и сосед.
 
Ты им говорил на прощанье:
 
«Крепче деритесь с врагами!»
 
Ты прав. Они это знают.
 
Враги не имеют стыда.
 
Страны, словно подстилки,
 
Лежат у них под ногами.
 
Вытоптаны посевы,
 
Уведены стада.
 
Народы в тех странах бессильны,
 
Как птицы в железной клетке.
 
Дома развалены бомбами,
 
Люди под небом сидят.
 
Дети бегут к казармам
 
И выпрашивают объедки,
 
Если объедки останутся
 
В котелках у чужих солдат.
 
Всё это видят люди.
 
Всё это терпят люди.
 
Зверь пожирает живое,
 
Жаден, зубаст, жесток.
 
Но недолго разбойничать
 
Среди людей он будет:
 
Наши трубы пропели
 
Зверю последний срок!
 
Отец твой дерется с врагами —
 
Тяжелая это работа.
 
Все люди встают, защищая
 
Страну, как родную мать.
 
У нее большие хлопоты,
 
Большие дела и заботы.
 
Ей будет трудно порою —
 
Ты должен ей помогать.
 
 
1941
 
  
262. УРОЖАЕМ УГРОЖАЕМ
 
 
 
Чтоб наша жизнь была крепка,
 
Зерном чувалы пятило,
 
Покоя не давай рукам,
 
Работай втрое, впятеро.
 
Друзья идут на фронт. Они
 
Стоят за наше дело.
 
Подруга, друга замени,
 
Иди к машине смело!
 
Чтоб у бойцов у наших был
 
Обед сытнее сытного,
 
Скорей сдавай в поставку, тыл,
 
Зерно для хлеба ситного.
 
Врагу богатство колет глаз,
 
Колхозный каждый сажень.
 
Враг губит всё, что есть у нас,
 
Секретно с неба ссажен.
 
Чтоб диверсант, в хлебах засев,
 
Бедою не набаловал,
 
Следите за полями все,
 
От старого до малого.
 
К нам лезут, всё сметая в дым,
 
Непрошеные гости.
 
Но мы им сразу говорим:
 
«Не вырвете ни горсти!»
 
Для тех, кто к нам затеял лезть
 
Бандитскими отрядами,
 
У нас другая пища есть:
 
Накормим их снарядами.
 
 
1941