Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Часть 45 из 152 Информация о книге
132. РОДИНА
Вот она — лесная родина:Над рекой падучая гроза,Наливная черная смородина,Черная, как девичьи глаза.А в лесах, за горными вершинами,Травы стынут в утренней росе,И березы с лопнувшими жиламиПадают, подвластные грозе.И навек плененная просторами,Выбегает узкая тропа.Дальнее село за косогорами,В воздухе повисли ястреба.И потайно за густыми травамиСказывали парням молодым,Как по Волге с Емельяном плавали,Жили с атаманом Золотым.Над крестами, над моими предками,Над крутыми строками стихаСнова машет огненными веткамиДикая заречная ольха.И хоть сколько бы дорог ни пройдено,Ни отмерено далеких верст —Хлебом-солью повстречает родина,Улыбнется тысячами звезд.А меж гор, что с тучами обвенчаны,Кама силу пробует свою.Я ни друга, ни отца, ни женщиныНе любил, как родину мою.133. «Я искал тебя у вод падучих…»
Я искал тебя у вод падучихНа далекой родине ветров,У гнездящихся на снежных кручахБелокрылых северных бродов.Узнавал я по примятым травам,По следам, оставленным в росе,По каким тяжелым переправамТы прошла в девической красе.И кочевника с оленьим стадомВ полдень настигал я на тропе,С ним делился крепким самосадом,Спрашивал всю правду о тебе.И скитался вновь, чтоб тем же летом,В горе, в одиночестве, в тоске,Рядом с маленьким девичьим следомСлед мужской увидеть на песке;Чтобы за полночь простой охотник,На медведя ладя самострел,О тебе сказал бы неохотно,На меня б спокойно посмотрел;Чтоб я понял ночью равнодушной,Как дымятся горы впереди,Что тебя разыскивать не нужно,Если ты стучишь в моей груди!134. ЩИТ
Мы щит нашли на поле КуликовомСреди травы, в песке заросших ям.Он медью почерневшей был окованИ саблями изрублен по краям.Безвестный ратник здесь расстался с жизнью,Подмят в бою татарским скакуном,Но всё же грудь истерзанной отчизныПрикрыл он верным дедовским щитом.И перед ним в молчании глубокомМы опустили шапки до земли,Как будто к отдаленнейшим истокамМогучего потока подошли.…Что станет думать дальний наш потомокИ чем его наполнится душа,Когда штыка трехгранного обломокОтыщет он в курганах Сиваша?135. «Всё было таким особым…»
Всё было таким особымТой сказочной дикой весной —И бег ручьев по сугробам,И солнечный свет сквозной.В предчувствии близкого летаЧеремухи пышно цвели,Их ветви под тяжестью цветаСгибались до самой земли.Одна лишь под солнцем весеннимСтояла суха и грустна,И белым безумным цветеньемСовсем не блистала она.Она в полуночную теменьВетвями стучала в окно,В ответ под ударами темиСлегка дребезжало оно.И я выходил, босоногий,Из комнатной духотыИ видел: бежали дорогиПод светом неверной звезды.Пустынная полночь! А где-тоВ песках Каракумов, в пыли,Пылало в сто градусов лето,Но люди Турксиб вели.Земля на заре дымилась,Гудели в ночи трактора,Сезонникам ражим на милостьСдавалась Магнит-гора.Трубила на севере битва,Входили во льды суда,И было до слез обидно,Что им не зайти сюда.Любя, ненавидя и мучась,И бредя во сне высотой,Я понял печальную участьЗавядшей черемухи той.Ее не касалось ветокПаденье вечерних рос,И рядом с черемухой этойИ я, задыхаясь, рос.А там, за окном, коростелиСходили с ума в ночи,Просторы земли синели,К озерам неслись ручьи.Весь мир я увидел воочью —Он звал на сотни ладов,Такой незабвенной ночьюПокинул я отчий кров.Рубашка, тужурка, ботинки —Немудрое барахло!И вдаль уводили тропинки,Чтоб сердце назад не влекло,Чтоб Родину видеть и всюдуВстречать мне родные края…Тебя никогда не забуду,Подруга лесная моя.Но как-то я сверстника встретил,Сказал он, слезая с седла:«На том незабвенном рассветеЧеремуха вдруг зацвела».