Свобода под свинцовым небом (СИ)
Острая боль быстро сменилась головокружением и чувством легкой эйфории. Перед глазами потемнело, и Веня на несколько секунд почувствовал необычное расслабление и ощущение неги. Из этого состояния его вывел резкий толчок и ослабление кожаной удавки.
Веня успел несколько раз глубоко вздохнуть и снова проникнуться нестерпимой болью, когда Феликс в очередной раз потянул на себя ремень, вызывая приступ асфиксии, тем самым отправляя Веню в кратковременный обморок.
От чередования боли и своеобразного экстаза Веня совершенно обессилел и, почувствовав долгожданную пульсацию между ягодиц, облегченно застонал, тут же запустив пальцы под удавку и растягивая опасную петлю.
Феликс медленно отстранился от Вениных бедер и плавно опустился рядом с ним на постели, завершив страстное безумство глубоким поцелуем. После недолгой паузы он тихо спросил:
- Все хорошо?
- Да, - коротко произнес Веня, глядя в потолок.
- Я пойду в душ, ты со мной? - Феликс уселся на кровати спиной к Вене и обернулся в ожидании его ответа.
- Нет, - Веня укрылся одеялом до самого подбородка и, немного помедлив, добавил, - почему здесь так холодно?
- Двадцать градусов. Кондиционер настроен на двадцать градусов. Мне так комфортно, - пояснил Феликс, накидывая халат.
- Ясно, - сказал Веня, отворачиваясь.
Когда хозяин дома вернулся, его уставший гость уже мирно спал, тихо сопя в подушку. Феликс склонился над ним, прикасаясь к смоляным прядям, находя в их оттенке особую, таинственную привлекательность. Щелкнув выключателем, он, в свою очередь, погрузился в спокойный сон, полный ярких красок и положительных эмоций.
Свет от мобильного телефона заставил Феликса с недовольством приоткрыть слипшиеся веки.
Веня сидел, прислонившись спиной к подушкам, и что-то читал. Политик всегда отдыхал в кромешной темноте, полностью закрывая плотные шторы, и даже приглушенное свечение представляло помеху его чуткому сну.
- Сколько времени? - Феликс потер не хотевшие открываться глаза.
- Три часа, - ответил Веня, не отрываясь от экрана.
- Почему ты не спишь?
- Не спится.
- А что читаешь?
- О. Генри. Рассказы.
- Любишь сказки?
- Это не сказки, такое возможно, - Веня ответил с некой обидой.
Феликс подсел поближе, внимательно рассматривая его профиль.
- Ты странный. Я раньше не встречал таких людей.
Веня горько усмехнулся:
- Что же во мне такого, кроме научных трудов, премий и дипломов?
- Все: твоя философия, упрямство, светлота...
- Светлота? - Веня оторвался от телефона и перевел удивленный взгляд на собеседника.
- Ты как будто с другой планеты, мой Маленький Принц, - Феликс, словно завороженный, смотрел на него, поддаваясь романтическому настроению удивительной ночи.
- Я буду называть тебя Лисом. Ты очень похож на него, - совершенно серьезно произнес Веня.
- Тогда приручи меня.
- Если я это сделаю, то буду нести за тебя ответственность.
- Ты этого боишься?
- Нет, совсем не боюсь.
- Почитай мне вслух.
- Хорошо. Слушай: «Дороги, которые мы выбираем»...
Тихий, плавный голос звучал убаюкивающе, и Феликс, свернувшись калачиком поудобнее, постепенно закрыл глаза.
Проснувшись в десятом часу, Веня с удовольствием отметил, что, наконец-то, впервые за последнее время он выспался как следует. Повернув голову, он увидел, что Феликс, как и в прошлый раз, увлеченно щелкает клавишами ноутбука, периодически посматривая в раскрытый скоросшиватель с листами, испещренными длинными колонками цифр. Легкие очки сползли на кончик острого носа, делая взгляд мужчины очень серьезным.
- Доброе утро! - Веня сладко потянулся.
- Доброе, - с улыбкой отозвался Феликс.
- Ты уже давно проснулся?
- В шесть. Я всегда просыпаюсь в шесть, - он собрал папки, разложенные вокруг себя, и закрыл ноутбук.
- Я к одиннадцати поеду на работу, - сказал Веня, садясь на постели.
- Сегодня же суббота, - слегка удивился Феликс, снимая очки и слегка покусывая пластиковую дужку.
- Я действительно хочу все сделать в самые короткие сроки. Мне всегда есть, чем заняться.
- Ты приедешь вечером?
Какое-то время они пристально смотрели друг на друга: светлые глаза в светлые глаза, словно пытаясь до конца понять необходимость продолжения подобных отношений. Наконец, Веня не выдержал первым и, утвердительно кивнув головой, произнес:
- Приеду.
***
Так продолжалось два месяца: каждый вечер после работы Веня возвращался в этот дом, к человеку, который его ожидал, к человеку, который с навязчивой тревогой боялся, что когда-нибудь тот все же не придет. Но Веня приходил. Он всегда возвращался. И Феликс чувствовал, как его тщеславная, испорченная честолюбивой политикой и дальновидным бизнесом душа словно очищается при общении с его Маленьким Принцем.