Стихотворения и поэмы

Часть 20 из 119 Информация о книге
‹1918›
  ЛЕСНОЕ ОЗЕРО
   Спит, окруженное чащей лесною,
 Озеро, скрытое в зарослях тины;
 Шепчутся тихо осока и аир,
 Грустные сказки кустарник бормочет.
 Сосны и вязы, дубы и осины
 Стали вдоль берега, будто на страже,
 Молча кивают зеленой вершиной,
 Небу молитву творят потаенно.
 Озеро! Озеро! В смутном раздумье
 Я подхожу по тропинке заглохшей.
 Желтые листья шуршат под ногами,
 Щеки царапает иглами хвоя.
 Я, одинокий, сажусь под дубами,
 Взоры и мысли далёко-далёко…
 Тихо над озером, облачно в небе…
 Где-то кричат перелетные гуси.
 
 
‹1919›
  МОЯ НАУКА
   В науку нужда не давала мне ходу,
 И книжной премудрости я не постиг,
 Язык белорусский и думы народа
 От матери знал я — без школ и без книг.
 Учителем — с детства, с годов невеселых —
 Служил мне простор в белорусском краю.
 И всходы на нивах, и говор по селам
 Мне в дар приносили науку свою.
 И душу мою окрыляло раздолье,
 И в небо, под солнце, летела она;
 Светилась, сияла, как радуга в поле,
 Как радуга в небе, как сказка-весна,
 И, пьяная чарами, буйным цветеньем,
 Как будто в каком-нибудь сказочном сне,
 Шептала о чуде поры предвесенней
 И радостной песней лилась в тишине.
 И мельницы шум над рекою бурливой,
 И грохот, и говор, и всплески реки
 Давали мне песенных ритмов извивы,
 Давали мне ходы для каждой строки.
 Густые березы, что шлях сторожили,
 И цепью летящие вдаль журавли
 Гармонию стройную в песню вложили,
 Мелодию песни без фальши вели.
 Зеленые всходы бескрайних просторов,
 Цветов на лужайке веселая рать
 Для песен моих не жалели узоров,
 Учили венками слова завивать.
 В напев мой — от шепота спелых колосьев,
 От шелеста яблонь, черемух и груш —
 Неслыханной музыки эхо лилося,
 Сливаясь со стоном обиженных душ.
 Шум древнего бора таинственным сказом
 О жизни, о счастье мне смутно шептал,
 И песню шум-говор захватывал сразу,
 Заснувшие думы от сна пробуждал.
 А солнце, что в небе безоблачном тонет,
 Вливалося в песню лучистым огнем;
 А ветер, что травы высокие клонит,
 Дал крылья, чтоб песня взлетела орлом.
 В той песне могучую силу взрастили
 И цеп, и топор, и стальная коса;
 Жара и морозы ее закалили,
 И песня гремит, словно гром в небесах.
 Так я, ни науки, ни школы не зная,
 Отыскивал дар свой и долю свою.
 Теперь моя дума, как сокол, летает,
 Теперь я свободно и гордо ною.
 
 
‹1919›
  ГДЕ ТЫ ХМЕЛЬ МОЙ, ЗИМОВАЛ?…
   «Где ты, хмель мой, зимовал,
 Что не распускался?
 Где ты, сын мой, ночевал,
 Что не разувался?»
 «Зимовал я в той стране,
 Где бураны дули;
 Ночевал я на войне,
 Где гуляют пули».
 
  *
 
  «Где ты, хмель мой, летом цвел,
 Что дождя не ведал?
 Где ты, сын мой, день провел,
 Что и не обедал?»
 «Цвел я там, где дни стоят
 Знойные, сухие;
 Там дневал я, где гудят
 Пушки боевые».
 
  *
 
  «Ты зачем, мой хмель, терпел
 Зной и холод лютый?
 Для чего, сынок, летел
 С песней на войну ты?»
 «Славный жребий выпал мне:
 В зной и в стужу злую
 Воевал я на войне
 За страну родную».
 
 
‹1919›
  В ПОЛЕТ!
   Гей, к солнцу, к свободе, крылатое племя,
 В полет! Все просторы открыты пред нами.
 Взять солнце, как факел, настало нам время
 И, крылья раскрыв, пролететь над мирами!
 Гей, внуки отважных! Пора устремиться
 К высотам, где молнии, тучи и громы,
 С надеждою в сердце, как вольные птицы,
 Мы к счастью рванемся путем незнакомым!
 Гей, вольные птицы, властители песни,
 В дорогу! Под стяг красоты и свободы!
 Пора нам взлететь в высоту поднебесья —
 Пусть огненной песне дивятся народы!
 
 
‹1919›
  НА СМЕРТЬ СТЕПАНА БУЛАТА
   Задремал ты. Над могилой
 Ветер стихнул, пригорюнясь…
 Смерть скосила — не спросила…
 — Светел сон твой о Коммуне!
 Солнце за косы хватая,
 Думал думку о Перуне,
 Что разбудит силы края…
 — Светел сон твой о Коммуне!
 Сиротами горевыми
 Цеп с косой забыты в клуне, —
 Кто ж их на врага подымет?…
 — Светел сон твой о Коммуне!
 Мир поднялся, встрепенулся…
 Верь, свободный ветер дунет
 По всей милой Беларуси!
 — Светел сон твой о Коммуне!
 Расцветая в славе буйной,
 Зашумит золотострунный
 Край родной одной коммуной!..
 — Светел сои твой о Коммуне!
 Над могилой ветер бродит,
 Цвет колышет вешний, юный.
 Солнце всходит и заходит…
 — Светел сон твой о Коммуне!
 
 
‹9 августа 1921 г.›
  А КУКУШКА КУКОВАЛА…
   Как на свет родился Янка,
 Как заплакал много-мало,
 Пела мать над колыбелью,
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Спи, соколик, ку-ку, ку-ку!»
 Как подрос, поднялся Янка,
 Скот пасти пора настала,
 На жалейке все играл он,
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Паси стадо! Ку-ку, ку-ку!»
 Как подрос, как вырос Янка,
 Сеять стал, не уставал он
 И за севом пел о доле,
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Сей, как можешь! Ку-ку, ку-ку!»
 Как ни жал, ни сеял Янка,
 Все чего-то не хватало,
 Янка сеял — люди жали,
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Жать ты будешь, ку-ку, ку-ку!»
 Как стал старым-старым Янка,
 Как в нем удали не стало,
 Баял байки-сказки внукам,
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Хватит баять! Ку-ку, ку-ку!»
 Как в могилу клали Янку,
 Как родня затосковала!
 Ах, зачем ты умер, пахарь!
 А кукушка куковала:
 «Ку-ку, ку-ку, кинь докуку!
 Спи, соколик! Ку-ку, ку-ку!»
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница