Стихотворения и поэмы

‹7 июня 1915 г.›
  
ОТЧИЗНА
 
 
 
Меня связала нить и с небом и с землей —
 
Никем не расторжима связь та вековая:
 
Как сына, бережет меня земля родная,
 
И солнцу я открыт и сердцем и душой.
 
Еще от колыбельных песен надо мной
 
Я все здесь полюбил от края и до края,
 
Частицей родины себя я ощущаю
 
И в сердце берегу лучи звезды родной.
 
Да, мной земля моя родимой может зваться,
 
Других себе не заставляя покоряться,
 
Здесь, словно к матери, я прижимаюсь к ней.
 
Но если надо мной враги глумятся —
 
Глумятся, значит, и над родиной моей.
 
Когда ж над ней — в сто крат мне это тяжелей.
 
 
‹1915›
  
ЧТО ТАМ?
 
 
 
«Что за плач там над лугами,
 
Над речными берегами?
 
Чьи там слезы заблистали?
 
Мать ли это? Сирота ли?»
 
«Это мать! А кто ж иначе
 
Над детьми своими плачет?
 
Дети ей могилу рыли,
 
А себя в плену сгноили».
 
«Что за звон гудит, грохочет,
 
Оглушить всю землю хочет?
 
Это смерти звон проклятый?
 
Божий звон? Иль звон набата?»
 
«Это цепи и оковы
 
Звоном бьют по жизни новой,
 
Чтобы звоном тем унылым
 
Эту жизнь столкнуть в могилу».
 
«Чей там голос ходит-бродит
 
И такую песнь заводит,
 
Что дрожат в испуге недра?
 
Друг ли это? Или недруг?»
 
«Этот клич проходит полем,
 
Призывая к новой доле.
 
Он под окнами стучится
 
И зовет всех пробудиться».
 
«Что за вихрь там закрутился,
 
И землю врылся, в небо взвился
 
И несет огонь бесстрашный
 
На усадьбы и на пашни?»
 
«Полем клич проходит этот —
 
Смертный бой меж тьмой и светом!
 
Кто одержит верх, кто ляжет —
 
Глянь на солнце, солнце скажет».
 
 
‹1916›
  
НАСЛЕДСТВО (СПАДЧЫНА)
 
 
Ад прадзедаў спакон вякоў
 
Нам засталася спадчына;
 
Паміж сваіх і чужакоў
 
Яна мне ласкай матчынай.
 
 
Аб ёй мне баюць казкі-сны
 
Вясеньнія праталіны,
 
І лесу шэлест верасны,
 
І ў полі дуб апалены.
 
 
Аб ёй мне будзіць успамін
 
На ліпе бусел клёкатам
 
І той стары амшалы тын,
 
Што лёг ля вёсак покатам.
 
 
Аб ёй мне баюць казкі-сны
 
Вясеньнія праталіны,
 
І лесу шэлест верасны,
 
І ў полі дуб апалены.
 
 
І тое нуднае ягнят
 
Бляяньне-зоў на пасьбішчы,
 
І крык вароніных грамад
 
На могілкавым кладзьбішчы.
 
 
Жыве зь ім дум маіх сям'я
 
І сьніць зь ім сны нязводныя…
 
Завецца ж спадчына мая
 
Ўсяго Старонкай Роднаю.
 
 
 
Мне испокон веков дано
 
Наследство драгоценное,
 
Как ласка матери, оно
 
Всегда со мной, нетленное.
 
 
 
О нем мне шепчут сказки-сны
 
Весенние проталины,
 
И шелесты вершин лесных,
 
И дуб, грозой поваленный.
 
 
 
Напомнят клекотом о нем
 
Мне аист над ракитою,
 
Замшелым, стареньким плетнем
 
Деревни, в рощах скрытые,
 
 
 
Вороньи стаи, что кричат
 
На деревенском кладбище,
 
И неумолчный крик ягнят
 
За речкою, на пастбище.
 
 
 
И сердце у меня одной
 
Заботою охвачено:
 
Наследство, что хранимо мной,
 
Напрасно не истрачено ль?
 
 
 
И в глубине моей души,
 
Как пламя негасимое,
 
На всех путях, во тьме, глуши
 
Горит оно, родимое.
 
 
 
С ним думы все мои давно,
 
И сны, и песни звонкие…
 
А называется оно
 
Родимою сторонкою.
 
 
‹19 сентября 1918 г.›
  
ПЕСНЯ
 
 
 
Вспыхнет песня, словно искра,
 
Словно ключ она польется.
 
Тут и там — далеко, близко —
 
Звонким эхом отзовется.
 
Сердце с сердцем крепко сдружит,
 
Засверкает, загорится.
 
Вот уж в хате, вот снаружи —
 
Молодица молодицей.
 
Прыгнет к солнцу, захохочет,
 
Расцелуется счастливо;
 
Ясну месяцу средь ночи
 
Поглядит в глаза тоскливо.
 
Встретит зорьку-заряницу,
 
Прослезится с ней росою;
 
На поля слетит, как птица,
 
Ляжет шелковой травою.
 
Вместе с ветром выйдет разом,
 
Заиграет в хороводе;
 
Вместе с бором грозным сказом
 
Зашумит о непогоде.
 
Пробежит по листьям в чаще,
 
С птицей птицею засвищет.
 
Мимоходом весть о счастье
 
Бросит в чье-нибудь жилище.
 
Так летает да летает
 
Эта песня в белом свете,
 
Ни преград, ни пут не знает
 
От столетья до столетья.
 
 
‹29 октября 1918 г.›
  
ПОЕ3ЖАНЕ
 
 
 
Разлетелась по просторам
 
Снежным пухом, тайным вором
 
Дым, поземка, завируха,
 
Злого духа злобедуха…
 
В поле дымно и тревожно,
 
Беспокойно, бездорожно…
 
Ни ночлега, ни путины,
 
Грозен сумрак домовины.
 
Как по морю, в пене снега,
 
Без костра и без ночлега,
 
В замороженном тумане
 
Едут, едут поезжане.
 
Едут, едут… след развеян…
 
Глуше, тише и темнее…
 
Ни надежды, ни просвета,
 
Только вьюга, только ветер.
 
А колдунья-завируха
 
Что-то шепчет, шепчет в ухо
 
О рожке, что в ночь взывает,
 
О пшеничном каравае.
 
Дразнит снеговым ночлегом,
 
Засыпает сном и снегом.
 
Лезет в сердце, лезет в очи,
 
Машет пугалом из ночи…
 
Молодого к молодухе,
 
Свата — к сватье-посидухе
 
Страх друг к другу прижимает,
 
Свищет, розвальни качает.
 
Прижимаются, как дети,
 
Как голубки на рассвете…
 
Нету свету, нету следу…
 
И все едут-едут-едут…
 
А над ними завируха,
 
Поползунья, злобедуха
 
Раскачнулась снежной вехой,
 
Задыхается от смеха…