ИЛИ Инстинкт ЛИрики

но отдающейся
в себе слева
Коллапс
-Чайный собор-
Кто построил
этот чайный собор
он воздвигнут
из аромата
арка жасмина
арка земляничная
нет
это не аромат
а пение
на небе горит жираф
это Сальвадор Дали
сгорел незадолго
до смерти
в созвездии Лебедя
растет лебеда
и полынь
горьковатого
света
там чай собирают
для Божьего чая
но там нет печали
поэтому чай
не нуждается в горечи
чтобы заваривать
свет
Господи
пошли мен твой чай
из звезд
с лимонной долькой
луны
на чайном наречии
я сказал чаю:
– Чаю воскресения мертвых
– И жизни будущего века –
отвечал чай
– Аминь.
-Птероямб-
В окружении нежных жен
и угодливых кулаков
я бессменный боксер любви
ударяющий только вдаль
Я не памятник не пилот
пролетающий под мостом
но я также и не Пилат
распилающий все вокруг
Нет скорей я похож на трюк
с мотоциклом
мотоциклист
отпускает вдаль мотоцикл
оставаясь в воздухе без
мотоцикла
покуда он
вновь вернется по кругу
Я
на мгновенье нем
повис
чтобы прыгнуть в седло в тот миг
когда круг завершит любовь
Может быть ты тот мотоцикл
но во всяком случае я
не похож на плезиозавр
птеродактиль и птероямб
но гекзаметр и динозавр
мне милее всех иногда.
Легионер судьбы
Легионер судьбы я знаю слово
которым разверзается судьба
в основе слова некая основа
похожая на слово «голытьба»
легионер срывается в атаку
пока в нем пуля новая живет
так Одиссей спешит в свою Итаку
так клетки поглощают кислород
судьба над ним висит как гроб пророка
или над мясником окорока
он чист
в нем как в невесте нет порока
как нет в отечестве пророка – мясника
легионер судьбы хватает пламя
потом свободу за душу берет
он реет как милиция над нами
он как Орфей вступает в лабиринт
в том лабиринте нет громоотвода
зато в нем есть свобода от судьбы
когда
«с улыбкой ясною природа
сквозь сон встречает утро го…»
лытьбы.
* * *
Канатоходец нот
находит ногами нить
и нити тень
разрослась в канат –
так входя в теневую даль
он упал в палитру
он лязгнул плацем
хряпнул хрусталь скелетный
и разлетелось тело
затеплилось в воробьях
затрепетала воробьиная пыль
и пыльца небес облетела
стала прозрачна
крылатая эта
бабочка ландшафтная
расчерченная жилками по эллипсу
в бабочке угасая грассирующим полетом
там Фландрия или ландкарта
многократно сгибаемая и расправляемая
над градом и миром
мраморных изгибов
их запомнил в ласке
миллионнолетний мурлыкий мрамор