Том 2. Пламенный круг. Лазурные горы

  
«Есть соответствия во всём…»
 
 
 
Есть соответствия во всём, –
 
Не тщетно простираем руки:
 
В ответ на счастье и на муки
 
И смех и слёзы мы найдем,
 
 
 
И если жаждем утешенья,
 
Бежим далёко от людей.
 
Среди лесов, среди полей
 
Покой, безмыслие, забвенье.
 
 
 
Ветвями ветер шелестит,
 
Трава травою так и пахнет.
 
Никто в изгнании не чахнет,
 
Не презирает и не мстит.
 
 
 
Так, доверяяся природе,
 
Наперекор судьбе, во всём
 
Мы соответствия найдём
 
Своей душе, своей свободе.
 
 
  
«Час ночной отраден…»
 
 
 
  Час ночной отраден
 
Для бесстрашного душой.
 
Воздух нежен и прохладен,
 
  Тёмен мрак ночной.
 
 
 
  Только звёзд узоры,
 
Да вдали кой-где огни
 
Различают смутно взоры.
 
  Грусть моя, усни!
 
 
 
  Вся обычность скрыта,
 
Тьмою скрыты все черты.
 
Ночь – безмолвная защита
 
  Мне от суеты.
 
 
 
  Кто-то близко ходит,
 
Кто-то нежно стережёт,
 
Чутких глаз с меня не сводит,
 
  Но не подойдёт.
 
 
  
«Чернеет лес по берегам…»
 
 
 
Чернеет лес по берегам.
 
Один сижу я в челноке,
 
И к неизвестным берегам
 
Я устремляюсь по реке.
 
 
 
На небе ясная луна,
 
А на реке туман встаёт.
 
Сияет ясная луна,
 
И кто-то за лесом поёт.
 
 
 
О, ночь, единственная ночь!
 
Успокоительная сень!
 
Как пережить мне эту ночь?
 
К чему мне свет? К чему мне день?
 
 
  
«Затаился в траве и лежу…»
 
 
 
Затаился в траве и лежу, –
 
И усталость мою позабыл, –
 
У меня ль недостаточно сил?
 
Я глубоко и долго гляжу.
 
 
 
Солнцем на небе сердце горит,
 
И расширилась небом душа,
 
И мечта моя ветром летит,
 
В запредельные страны спеша.
 
 
 
И на небе моём облака
 
То растают, то катятся вновь.
 
Позабыл, где нога, где рука,
 
Только в жилах торопится кровь.
 
 
  
«Ты ко мне приходила не раз…»
 
 
 
Ты ко мне приходила не раз
 
То в вечерний, то в утренний час,
 
И всегда утешала меня.
 
Ты мою отгоняла печаль,
 
И вела меня в ясную даль,
 
Тишиной и мечтой осеня.
 
 
 
И мы шли по широким полям,
 
И цветы улыбалися нам,
 
И, смеясь, лепетала волна,
 
Что вокруг нас – потерянный рай,
 
Что я светлый и радостный май,
 
И что ты – молодая весна.
 
 
  
«Камыш качается…»
 
 
 
Камыш качается,
 
И шелестит,
 
И улыбается,
 
И говорит
 
Молвой незвонкою,
 
Глухой, сухой,
 
С дрёмою тонкою
 
В полдневный зной.
 
 
 
Едва колышется
 
В реке волна,
 
И сладко дышится,
 
И тишина,
 
И кто-то радостный
 
Несёт мне весть,
 
Что подвиг сладостный
 
И светлый есть.
 
 
 
На небе чистая
 
Моя звезда
 
Зажглась лучистая,
 
Горит всегда,
 
И сны чудесные
 
На той звезде,–
 
И сны небесные
 
Со мной везде.
 
 
  
«Ты ничего не говорила…»
 
 
 
Ты ничего не говорила, –
 
Но уж и то мне был укор.
 
К смиренным травам ты склонила
 
Твоё лицо и кроткий взор,
 
 
 
И от меня ушла неспешно,
 
Вдыхая слабый запах трав.
 
Твоя печаль была безгрешна,
 
И тихий путь твой не лукав.
 
 
  
«Своеволием рока…»
 
 
 
  Своеволием рока
 
Мы на разных путях бытия,–
 
  Я – печальное око,
 
Ты – весёлая резвость ручья;
 
 
 
  Я – томление злое,
 
Ты – прохладная влага в полях,
 
  Мы воистину двое,
 
Мы на разных, далеких путях.
 
 
 
  Но в безмолвии ночи,
 
К единению думы склоня,
 
  Ты закрой свои очи,
 
Позабудь наваждения дня,–
 
 
 
  И в блаженном молчаньи
 
Ты постигнешь закон бытия,–
 
  Всё едино в созданьи,
 
Где сознанью возникнуть, там Я.
 
 
  
«Опять заря смеяться стала…»
 
 
 
Опять заря смеяться стала,
 
Про ночь забыли небеса,
 
И переливно задрожала
 
На свежей зелени роса.
 
 
 
Ты гордый стыд преодолела,
 
Ты победила сонм тревог,
 
И пышных платьев не надела,
 
И не обула нежных ног.
 
 
 
Конец исканиям мятежным.
 
Один лишь путь, смиренный – прав.
 
К твоим ногам, в лобзаньи нежном,
 
Приникли стебли тихих трав.
 
 
 
И свежесть утренней прохлады
 
Тебя лаская обняла.
 
Цветы душисты, птицы рады,
 
Душа свободна и смела.