Русская поэзия начала ХХ века (Дооктябрьский период)

<Между 1914 и 1917>
Замброво
  
НЕИЗВЕСТНЫЕ АВТОРЫ
   
Эпиграммы [168]
   
Новорожденному кабинету [169]
 
 
 
Вот они, мужи искомые,
 
Нужд отечества печальники!
 
Эва, лица-то знакомые —
 
Те же всё столоначальники! [170]
 
 
<Октябрь 1905>
  
Пять и одна
 
 
 
Пять свобод нам обещали,
 
И хоть мы их не видали,
 
Но подумай, о народ,
 
Целых пять ведь их — свобод. [171]
 
А народ затылок чешет,
 
Молвя: «Пять меня не тешат.
 
Лучше б дали мне, народу,
 
Просто-напросто — свободу».
 
 
<Конец 1905>
  
Кто он? [172]
 
 
 
Организатор смут,
 
Патронов истребитель,
 
Реакционный кнут,
 
Погромов вдохновитель…
 
Ушел сей молодец,
 
Насилия поборник:
 
Назначен во дворец
 
Как самый старший дворник!..
 
 
<Декабрь 1905 или январь 1906>
 
Яковлев А. Е.
 
Почтовый ящик
 
Журнал «Новый Сатирикон», 1913, № 10
 
  
«Господь Россию приукрасил… "
 
 
 
Господь Россию приукрасил —
 
Он двух героев ей послал:
 
Один в Москве народ дубасил,
 
Другой же в Питере — трепал. [173] [174]
 
 
<Декабрь 1905 или январь 1906>
  
Эпиграмма (на меньшевиков) [175]
 
 
 
Чем хочешь будь себе свободно:
 
Буржуем, барином, купцом,
 
Нововременцем [176], подлецом —
 
Ну, всем, чем, душенька, угодно.
 
Семеновцем [177], прохвостом, вором,
 
Жандармом будь, будь прокурором,
 
Будь палачом, будь «октябристом» [178],
 
По мне, хоть будь себе шпиком.
 
Но… если стал социалистом,
 
Мой друг, не будь меньшевиком.
 
 
<Конец 1905 или начало 1906>
  
Артурцу [179]
 
 
 
Томился ты в плену —
 
Жена глодала корку.
 
Окончили войну —
 
Пришел… получишь порку.
 
 
<1906>
  
Гимнастика особого рода
 
 
 
Когда-то по градам и весям России,
 
По всем закоулкам ее и углам
 
Носился суровый казарменный окрик:
 
«Руки по швам!!!»
 
 
 
Но вот времена наступили иные,
 
Девиз дисциплины, как будто на смех,
 
Теперь изменился, и слышим мы крики:
 
«Эй, руки вверх!!!»
 
 
<1905 или 1906>
  
По поводу двух палат в России
 
Посвящается первому Российскому парламенту
 
 
Как на рубище заплаты,
 
Вдруг явились две палаты [180].
 
Торжествуй же, храбрый росс! [181]
 
Только вот один вопрос:
 
Будет ли ума палата?..
 
Это, кажется, сверх штата.
 
 
<Апрель 1906>
  
«Печатай книги и брошюры…»
 
 
 
Печатай книги и брошюры,
 
Свободой пользуйся святой —
 
Без предварительной цензуры,
 
Но с предварительной тюрьмой.
 
 
<1906>
  
Выборный, Дума и Тюремщик [182]
 
 
 
Однажды выборный поплелся в Думу.
 
Ушел тихохонько, без шуму,
 
Но уж назад не возвращался…
 
Тюремщик! Он тебе не попадался?..
 
 
<1906>
  
Тонкий расчет
 
 
 
Чтоб добиться в Третьей думе [183]
 
Благотворных результатов,
 
В октябре (заметьте это)
 
Выбирают депутатов.
 
Здесь расчет заметен сразу,
 
И расчет довольно чистый:
 
В октябре проникнут в Думу,
 
Натурально, октябристы.
 
 
<Октябрь 1907>
  
АЛЕКСЕЙ ГМЫРЕВ [184]
   
Призыв
 
 
 
Нет, товарищи! Так дольше жить нельзя!
 
Лучше смерть, чем жизнь позорная рабов!
 
Выходите же на улицу, друзья,
 
Из своих прогнивших домиков-гробов!
 
Прочь бессилье! Становитеся в ряды —
 
И вперед, на верх горящих баррикад!
 
За свободу! Против мрака и нужды!
 
Тот изменник, кто вернется с них назад.
 
Кровь прольется… Ну так что же? Без крови
 
Ни один народ свободы не добыл —
 
Царство воли, царство счастья и любви
 
Люди строят на развалинах могил.
 
Вот и мы на месте тюрем и дворцов
 
Наше царство вечной правды создадим
 
И за рабство наших дедов и отцов
 
Всех врагов позорной плахой наградим.
 
А героев, павших в битве роковой,
 
С честью в братскую могилу отнесем,
 
И курган ее мы вольною толпой
 
Вечной памяти цветами уберем.
 
Выходите же на улицу скорей,
 
На борьбу, на верх горящих баррикад!
 
Стыдно жить под гнетом мрака и цепей.
 
Смерть иль воля! Вот наш лозунг и набат.