Избранные стихи (СИ)

  
зимой
 
 
 
     Куда меня ведет подруга —
 
     Моя судьба, моя судьба?
 
      Бредем, теряя кромку круга
 
     И спотыкаясь о гроба.
 
 
 
     Не видно месяца над нами,
 
     В сугробах вязнут костыли,
 
     И души белыми глазами
 
     Глядят вослед поверх земли.
 
 
 
     Ты помнишь ли, скажи, старуха,
 
     Как проходили мы с тобой
 
     Под этой каменной стеной
 
     Зимой студеной, в час ночной,
 
     Давным-давно, и так же глухо,
 
     Вполголоса и в четверть слуха,
 
     Гудело эхо за спиной?
 
 
1958
  
x x x
 
 
 
     Над черно-сизой ямою
 
     И жухлым снегом в яме
 
     Заплакала душа моя
 
     Прощальными слезами.
 
 
 
     Со скрежетом подъемные
 
     Ворочаются краны
 
     И сыплют шлак в огромные
 
     Расхристанные раны,
 
 
 
     Губастые бульдозеры,
 
     Дрожа по-человечьи,
 
     Асфальтовое озеро
 
     Гребут себе под плечи.
 
 
 
     Безбровая, безбольная,
 
     Еще в родильной глине,
 
     Встает прямоугольная
 
     Бетонная богиня.
 
 
 
     Здесь будет сад с эстрадами
 
     Для скрипок и кларнетов,
 
     Цветной бассейн с наядами
 
     И музы для поэтов.
 
 
 
     А ты, душа-чердачница,
 
     О чем затосковала?
 
     Тебе ли, неудачница,
 
     Твоей удачи мало?
 
 
 
     Прощай, житье Московское,
 
     Где ты любить училась,
 
     Петровско-Разумовское,
 
     Прощайте, ваша милость!
 
 
 
     Истцы, купцы, повытчики,
 
     И что в вас было б толку,
 
     Когда 6 не снег на ситчике,
 
     Накинутом на челку.
 
 
 
     Эх, маков цвет, мещанское
 
     Житьишко за заставой!
 
     Я по линейке странствую,
 
     И правый и неправый.
 
 
1958
  
УТРО В ВЕНЕ
 
 
 
     Где ветер бросает ножи
 
     В стекло министерств и музеев,
 
     С насмешливым свистом стрижи
 
     Стригут комаров-ротозеев.
 
 
 
     Оттуда на город забот,
 
     Работ и вечерней зевоты,
 
     На роботов Моцарт ведет
 
     Свои насекомые ноты.
 
 
 
     Живи, дорогая свирель!
 
     Под праздник мы пол натирали,
 
     И в окна посыпался хмель —
 
     На каждого по сто спиралей.
 
 
 
     И если уж смысла искать
 
     В таком суматошном концерте,
 
     То молодость, правду сказать,
 
     Под старость опаснее смерти.
 
 
1958
  
ГОЛУБИ
 
 
 
     Семь голубей — семь дней недели
 
     Склевали корм и улетели,
 
     На смену этим голубям
 
     Другие прилетают к нам.
 
 
 
     Живем, считаем по семерке,
 
     В последней стае только пять,
 
     И наши старые задворки
 
     На небо жалко променять:
 
 
 
     Тут наши сизари воркуют,
 
     По кругу ходят и жалкуют,
 
     Асфальт крупичатый клюют
 
     И на поминках дождик пьют.
 
 
1958
  
ДОМ НАПРОТИВ
 
 
 
     Ломали старый деревянный дом.
 
     Уехали жильцы со всем добром —
 
 
 
     С диванами, кастрюлями, цветами,
 
     Косыми зеркалами и котами.
 
 
 
     Старик взглянул на дом с грузовика,
 
     И время подхватило старика,
 
 
 
     И все осталось навсегда, как было.
 
     Но обнажились между тем стропила,
 
 
 
     Забрезжила в проемах без стекла
 
     Сухая пыль, и выступила мгла.
 
 
 
     Остались в доме сны, воспоминанья,
 
     Забытые надежды и желанья.
 
 
 
     Сруб разобрали, бревна увезли.
 
     Но ни на шаг от милой им земли
 
 
 
     Не отходили призраки былого,
 
     И про рябину песню пели снова,
 
 
 
     На свадьбах пили белое вино,
 
     Ходили на работу и в кино,
 
 
 
     Гробы на полотенцах выносили,
 
     И друг у друга денег в долг просили,
 
 
 
     И спали парами в пуховиках,
 
     И первенцев держали на руках,
 
 
 
     Пока железная десна машины
 
     Не выгрызла их шелудивой глины,
 
 
 
     Пока над ними кран, как буква 'Г',
 
     Не повернулся на одной ноге.