Стихи о вампирах (сборник)

  
Вурдалак
 
 
 
Трусоват был Ваня бедный:
 
Раз он позднею порой,
 
Весь в поту, от страха бледный,
 
Чрез кладбище шел домой.
 
 
 
Бедный Ваня еле дышет,
 
Спотыкаясь, чуть бредет
 
По могилам; вдруг он слышит,
 
Кто-то кость, ворча, грызет.
 
 
 
Ваня стал; – шагнуть не может.
 
Боже! думает бедняк,
 
Это верно кости гложет
 
Красногубый вурдалак.
 
 
 
Горе! малый я не сильный;
 
Съест упырь меня совсем,
 
Если сам земли могильной
 
Я с молитвою не съем.
 
 
 
Что же? вместо вурдалака —
 
(Вы представьте Вани злость!)
 
В темноте пред ним собака
 
На могиле гложет кость.
 
 
  
К. Случевский
 
Статуя
 
 
П. В. Быкову
 
 
 
Над озером тихим и сонным,
 
Прозрачен, игрив и певуч,
 
Сливается с камней на камни
 
Холодный, железистый ключ.
 
 
 
Над ним молодой гладиатор:
 
Он ранен в тяжелом бою,
 
Он силится брызнуть водою
 
В глубокую рану свою.
 
 
 
Как только затеплятся звезды
 
И ночь величаво сойдет,
 
Выходят на землю туманы, —
 
Выходит русалка из вод.
 
 
 
И, к статуе грудь прижимая,
 
Косою ей плечи обвив,
 
Томится она и вздыхает,
 
Глубокие очи закрыв.
 
 
 
И видят полночные звезды,
 
Как просит она у него
 
Ответа, лобзанья и чувства
 
И как обнимает его.
 
 
 
И видят полночные звезды
 
И шепчут двурогой луне,
 
Как холоден к ней гладиатор
 
В своем заколдованном сне.
 
 
 
И долго два чудные тела
 
Белеют над спящей водой…
 
Лежит неподвижная полночь,
 
Сверкая алмазной росой;
 
 
 
Сияет торжественно небо,
 
На землю туманы ползут;
 
И слышно, как мхи прорастают,
 
Как сонные травы цветут…
 
 
 
Под утро уходит русалка,
 
Печальна, бела и бледна,
 
И, в сонные волны спускаясь,
 
Глубоко вздыхает она…
 
 
  
Ф. Сологуб
   
* * *
 
 
 
Недотыкомка серая
 
Всё вокруг меня вьется да вертится, —
 
То не лихо ль со мною очертится
 
Во единый погибельный круг?
 
 
 
Недотыкомка серая
 
Истомила коварной улыбкою,
 
Истомила присядкою зыбкою, —
 
Помоги мне, таинственный друг!
 
 
 
Недотыкомку серую
 
Отгони ты волшебными чарами,
 
Или наотмашь, что ли, ударами,
 
Или словом заветным каким.
 
 
 
Недотыкомку серую
 
Хоть со мной умертви ты, ехидную,
 
Чтоб она хоть в тоску панихидную
 
Не ругалась над прахом моим.
 
 
  
Чертовы качели
 
 
 
В тени косматой ели,
 
Над шумною рекой
 
Качает черт качели
 
Мохнатою рукой.
 
 
 
Качает и смеется,
 
Вперед, назад,
 
Вперед, назад.
 
Доска скрипит и гнется,
 
О сук тяжелый трется
 
Натянутый канат.
 
 
 
Снует с протяжным скрипом
 
Шатучая доска,
 
И черт хохочет с хрипом,
 
Хватаясь за бока.
 
 
 
Держусь, томлюсь, качаюсь,
 
Вперед, назад,
 
Вперед, назад,
 
Хватаюсь и мотаюсь,
 
И отвести стараюсь
 
От черта томный взгляд.
 
 
 
Над верхом темной ели
 
Хохочет голубой:
 
– Попался на качели,
 
Качайся, черт с тобой. —
 
 
 
В тени косматой ели
 
Визжат, кружась гурьбой:
 
– Попался на качели,
 
Качайся, черт с тобой. —
 
 
 
Я знаю, черт не бросит
 
Стремительной доски,
 
Пока меня не скосит
 
Грозящий взмах руки,
 
 
 
Пока не перетрется,
 
Крутяся, конопля,
 
Пока не подвернется
 
Ко мне моя земля.
 
 
 
Взлечу я выше ели,
 
И лбом о землю трах.
 
Качай же, черт, качели,
 
Все выше, выше… ах!
 
 
* * *
 
 
Дышу дыханьем ранних рос,
 
Зарею ландышей невинных:
 
Вдыхаю влажный запах длинных
 
Русалочьих волос, —
 
 
 
Отчетливо и тонко
 
Я вижу каждый волосок;
 
Я слышу звонкий голосок
 
Погибшего ребенка.
 
 
 
Она стонала над водой,
 
Когда её любовник бросил.
 
Ее любовник молодой
 
На шею камень ей повесил.
 
 
 
Заслышав шорох в камышах
 
Его ладьи и скрип от весел,
 
Она низверглась вся в слезах,
 
А он еще был буйно весел.
 
 
 
И вот она передо мной,
 
Все та же, но совсем другая.
 
Над озаренной глубиной
 
Качается нагая.
 
 
 
Рукою ветку захватив,
 
Водою заревою плещет.
 
Забыла темные пути
 
В сияньи утреннем, и блещет.
 
 
 
И я дышу дыханьем рос,
 
Благоуханием невинным,
 
И влажным запахом пустынным
 
Русалкиных волос.