Стихотворения и поэмы
Часть 86 из 100 Информация о книге
4Гоп — за тропыНе пройти.Гопай, гопайПо пути!Был зашлепой,Свел концы.Топай, топайНа Клинцы.Через пряжку,Через рожь,НараспашкуТы бредешь!Песня шлаИз-за кустов.ПронялаДо потрохов.— Я ли, Гурий,На МахноС красной бурейВел звено,Как со скрипомШел гаражВ НовозыбковНа Сураж.Береза, што ли,Дуб ли какЗамнут твои следы,Республика,Республика,Веселые лады!22
«Новый мир», 1927, № 4 Вместо строфы 27.
В той комнате,где «Варшавянка» самаНад карточной бурейсходила с ума.Сб. 1937 После строфы 26.
Жалеть проходимцаТакого нелепо.Мы судьями будемНад накипью нэпа.24
«Октябрь»,1927, № 9. После строфы 4.
Простые подручные смертиУ края Ойратской земли,Большие дороги на НерчинскПо этому тракту легли.Обыденно наше знакомство:Немного дорожной тоски,Багажная полка, звонки,И первые сутки от ОмскаПроходят уже с половиныПробитого наискось дня,Как песня Сарматской равнины,Калмыцкою старью звеня.25
«Красная панорама», 1928, № 13. После строфы 3.
От труб и от фабрик,От угольных шахтДругой получаетПрирода ландшафт.В средине столетьяПовырубят лес,И в шахтахПодымутся штреки,На стыкеПроложенных к северу рельсКачнутся сибирские реки.Сейчас по-особомуБерег берет…Немыслимой мучаясь жаждой,Я память о каждойГодами берегИ пелИ валандался с каждой.Я помню:За россыпью сотен дорогБольшие и дружные реки,Что быстро бросалиПорог на порог,Как некогдаВ каменном веке,Как песня,Срываясь с увалов и гор,Как ливень,Рванувшийся косо,Почти что от озера Терио-НорДо самого нижнего плеса.Как Лермонтов некогда,Слушая спорКазбека и старого Шата,Я вижу тоннелиВ расщелинах гор,Шатающих земли с заката.Мы ходим по палубе с песней.Борты ж,Как птицы,Скользят стороною,И черную пенуКачает Иртыш,Торопится к морю со мною.27
«Октябрь», 1928, № 2 После 10.
Как в дантовский неумолимый ад,В последний раз я посмотрел назад.Как лес, редела ночь, как липовая роща,Шел от земли солоноватый дым,И никогда еще мир не был проще,Еще таким он не был молодым,Как в эту ночь, что, быстро нарастая,Меня вела задворками Алтая.Тут вспомнил я, что, лирик по призванью,Стихом проститься должен я с горой,И наспех свел всю песню партизаньюВ превыспренний необходимый строй.«Прощай, страна высокая,Мой синий край, прости,В степях шуршат осокоюНа Славгород пути.Нет, не ржавеет маузер,Не клонится рука,По вечерам на ЯузеДевчонка ждет дружка».Но горы толпились, теснились в росе,Ни слова, ни склада, ни лыка,Вставал над Алтаем промозглый рассветДо синих ворот Кендерлыка.28
Сб. 1937. Вместо строфы 1.
Падал снег (дальний путь по примете).Рассказать это сразу нельзя,Как в безвестном лесу на рассветеФронтовые прощались друзья.Там, где старые сосны стояли,Падал снег на крутые холмы, —Мы папахи тяжелые сняли,И разъехались медленно мы.Вместо строфы 6.
Что весеннего сумрака краше?Только помни, как в первом боюШли в разведку товарищи нашиИ стоял комиссар на краю.29
КС Вместо 7–20.
Я пальцы ломаю, я скрипку беруИ вот затеваю другую игру.И звоны другие выходят дрожа,Попутчики бури, клинки мятежа, —Не в меру взволнован, не в меру ретив,Марсельского марша громоздкий мотив.И вот уж дороги бегут и спешат,Тропинки крадутся, гремят, шебуршат.И, дрогнув, сорвался последний шлагбаум.— Ораниенбаум, Ораниенбаум!Маркизова лужа и краковский дым,И я становлюся совсем молодым.Балтийского флота поют штурмана,Что жжет, обжимает и дарит весна.И в два перехода я вновь узнаюТакую простую свою колею.И звоны другие выходят дрожа,Попутчики бури, клинки мятежа, —Не в меру взволнован, не в меру ретив,Марсельского марша громоздкий мотив.Мальчишка смеется, мальчишка поет,Но старую скрипку назад не берет.