Европейские поэты Возрождения

* * *
 
 
Прими, о дева, горестный итог
 
Вседневного любовного томленья,
 
Слезами окропленный между строк,
 
Овеянный тоски унылой тенью;
 
Печальный памятник моих скорбей,
 
Бессчетных вздохов жалкое жилище,
 
Укор судьбе и гимн любви моей,
 
Которой в мире не бывало чище.
 
Тебе как дань возжег я фимиам
 
С усердьем, верой, мыслями благими,
 
С мольбой, с надеждой завещать векам
 
Твое блаженное святое имя:
 
 
 
Его как добродетели пример
 
Поднимет Муза выше горних сфер.
 
 
* * *
 
 
Осиленное мраком, солнце дня
 
Вкусило сон, зардевшись пред закатом,
 
Но та, что ярче солнца для меня,
 
Уже в ночи лучилась ярким златом;
 
Кто жаждал видеть, как ревнует дол,
 
Когда горе неслось ее дыханье;
 
Кто в мире зримом слышать предпочел
 
Травы под дивной ножкой колыханье;
 
А я не смел искать блаженней див,
 
Чем звезды те, что глянули в зеницы
 
Ее очей и, солнце отразив,
 
Скликали херувимов в очевидцы;
 
 
 
Сияла ночь, и воздуха кристалл
 
В лучах любви восторженно блистал.
 
 
* * *
 
 
Глухая ночь, кормилица скорбей,
 
Подруга бед, вместилище томленья,
 
Зачем, смолы тягучей и черней,
 
Ты отдаляешь утра наступленье?
 
Зачем надежды ты спешишь известь
 
И адским замыслам даешь раздолье;
 
Зачем ты пробуждаешь в сердце месть
 
И грех берешь под сень свою соболью?
 
Ты — смерть сама, в тебе заключена
 
Могила света, радостей темница,
 
Да помрачатся звезды и луна,
 
И благовонье с неба не струится,
 
 
 
Затем что ты тревожишь страсть во мне,
 
От коей я горю в дневном огне.
 
 
* * *
 
 
Сколь многих пышных суетных особ,
 
Взирающих на чернь в окно кареты,
 
Пожрет забвенье раннее, чем гроб,
 
Зане в стихах красы их не воспеты.
 
Прими же в дар бессмертья благодать!
 
Сей быстрый век века лишат обличья,
 
И королевы станут почитать
 
За счастье отблеск твоего величья.
 
Прочтя рассказ о столь благой судьбе,
 
Скорбеть начнут матроны и девицы,
 
Что не дано им было при тебе,
 
Украсившей прекрасный пол, родиться.
 
 
 
Ты воспаришь, презрев земную ложь,
 
И в вечных песнях вечность обретешь.
 
 
* * *
 
 
Как часто время за года любви
 
Свой зыбкий облик странно изменяло,
 
Прямые искривляло колеи
 
И прихотям Фортуны потакало!
 
Не доверяя зренью, видел глаз
 
Несчастье Эссекса, покой Тирона,
 
Великой королевы смертный час,
 
Преемника восход к вершинам трона,
 
С Испанцем лад, с Голландией разрыв,—
 
Так пляшет колесо слепой Фортуны.
 
Но я служу любви, пока я жив,
 
И для служенья силы в сердце юны.
 
 
 
Пусть изменяют небо и земля —
 
Своей святыне вечно вереи я.
 
 
  
БЕН ДЖОНСОН
 
ГИМН ДИАНЕ
 
 
Час царице воссиять!
 
Феб на отдых отошел,
 
Так войди в чертог и сядь
 
На серебряный престол.
 
Как ты Гесперу мила,
 
Превосходна и светла!
 
 
 
Гея, зависть отгони,
 
Тенью твердь не заслоняй:
 
Чистой Цинтии огни
 
Озарят небесный край —
 
Ждем, чтоб свет она лила,
 
Превосходна и светла.
 
 
 
Лук жемчужный и колчан
 
Ненадолго позабудь
 
И оленю средь полян
 
Дай хоть малость отдохнуть;
 
День в ночи ты создала,
 
Превосходна и светла!
 
 
ТРИУМФ ХАРИТЫ
 
 
Посмотрите! Любимой моей
 
Несется колесница
 
С цугом горлинок и лебедей,
 
А Купидон — возница.
 
Ей — всех смертных умиленье
 
И поклоненье,
 
И, узрев ее облик, любой,
 
Очарован красой,
 
Возглашает священный обет:
 
В вихре бурь, в лязге сеч ей стремиться вослед.
 
 
 
При огне золотистых кудрей
 
Тусклей Любви светило,
 
И сиянье прекрасных очей
 
Мир страсти озарило!
 
Не найти конца отраде
 
В едином взгляде,
 
Слов, достойных воспеть ее, нет!
 
И чела ее свет
 
Торжествует, вселенной лия
 
Всеблагое начало стихий бытия.
 
 
 
Вы видали лилей белизну,
 
Не тронутых рукою?
 
Вы видали снегов пелену,
 
Не смешанных с землею?
 
Осязали мех соболиный,
 
Пух лебединый?
 
Обоняли шиповника цвет по весне
 
Или нард на огне?
 
Услаждала вас улья казна?
 
Столь бела, столь нежна, столь прелестна она!
 
 
ПЕСОЧНЫЕ ЧАСЫ
 
 
Взгляни: в стекле запаян, тонкий прах
 
Давно остыл.
 
Влюбленным, что от горестей зачах,
 
Он раньше был.
 
Он к милой льнул, что к свечке мотылек,
 
Но взор ее страдальца сжег. И в смерти решено судьбой,
 
Как в жизни злой,
 
У пылких отнимать покой.
 
 
ОДА К САМОМУ СЕБЕ