Античная драма

(Убегает во дворец.)
  
СТАСИМ ЧЕТВЕРТЫЙ
 
Хор
Строфа 1
 
 
Люди, люди! О, смертный род!
 
Жизнь людская, увы, ничто!
 
В жизни, счастья достиг ли кто?
 
Лишь подумает: «Счастлив я!» —
 
И лишается счастья. Рок твой учит меня,
 
Эдип, О злосчастный Эдип! Твой рок
 
Ныне уразумев, скажу:
 
Нет на свете счастливых.
 
 
Антистрофа 1
 
 
Метко метил он, счастье взял.
 
Зевс, он деву когтистую,
 
Песни темные певшую,
 
Уничтожил, стране родной
 
Стал надежной твердыней.
 
Стал ты зваться с тех пор, Эдип,
 
Государем у нас. Тебе
 
Высший был от людей почет
 
В наших Фивах великих.
 
 
Строфа 2
 
 
А ныне сыщется ль несчастней кто из смертных?
 
Томится ль так другой у бед и мук в плену,
 
Наследовав такую долю?
 
Увы, прославленный Эдип!
 
Сын и муж в тебе едином
 
Благосклонно были приняты
 
Тихой пристанью единой —
 
Ложем свадебным твоим.
 
Злосчастный! Как могла так долго
 
Отцом засеянная нива
 
Тебя в безмолвии терпеть?
 
 
Антистрофа 2
 
 
Теперь всезрящее тебя настигло время
 
И осудило брак, не должный зваться браком,
 
В котором долго пребывали
 
Слияниями отец и сын.
 
Горе! Лая сын несчастный!
 
О, когда бы я вовеки
 
Не видал тебя! Стенаю,
 
Как над мертвым, над тобою.
 
Поистине сказать я должен:
 
Ты одарил нас жизнью новой,
 
Ты мрак на очи нам навлек.
 
 
Входит домочадец.
  
ЭКСОД
 
Домочадец
 
 
О граждане почтенные страны!
 
Что предстоит и слышать вам и видеть!
 
Какое бремя скорби несть вам, если
 
В вас преданность живет к семье царя!
 
Нет, не омоют даже Истр и Фасис [96]
 
Лабдака дом; столь много страшных дел
 
Таится в нем, и вольных и невольных, —
 
И новые объявятся!.. Нет горше
 
По доброй воле понесенных мук.
 
 
Хор
 
 
Нет тяжелее бед, уже известных…
 
Но что еще случилось, говори!
 
 
Домочадец
 
 
Увы, сказать и выслушать недолго:
 
Божественной не стало Иокасты.
 
 
Хор
 
 
Злосчастная! Но что тому причиной?
 
 
Домочадец
 
 
Она сама, увы! — Но ты не можешь
 
Так горевать, как я: вы не видали,
 
А у меня все в памяти живет.
 
Узнайте ж, как несчастная страдала:
 
Лишь в дом вошла, объята исступленьем,
 
К постели брачной ринулась она
 
И волосы обеими руками
 
Рвала. И, дверь захлопнув, стала звать
 
Уже давно скончавшегося Лая;
 
Упоминала первенца, которым
 
Был муж ее убит; и то, как сыну
 
Досталась мать для страшных порождений.
 
Рыдала над своим двубрачным ложем,
 
Где мужем дан ей муж и сыном — дети.
 
И вот — погибла, но не знаю как,
 
Затем что тут Эдип ворвался с воплем,
 
И я следить за нею перестал.
 
Я на царя смотрел — как он метался.
 
Он требовал меча, искал жену,
 
Которую не мог назвать женою, —
 
Нет, мать свою и мать его детей!
 
Вела его в безумье сила свыше,
 
Совсем не мы — прислужники его.
 
Вдруг с диким криком, словно вслед кому-то,
 
Он бросился к двустворчатым дверям
 
И, выломав засовы, вторгся в спальню.
 
И видим мы: повесилась царица —
 
Качается в крученой петле. Он,
 
Ее увидя вдруг, завыл от горя,
 
Веревку раскрутил он — и упала
 
Злосчастная. Потом — ужасно молвить! —
 
С ее одежды царственной сорвав
 
Наплечную застежку золотую,
 
Он стал иглу во впадины глазные
 
Вонзать, крича, что зреть очам не должно
 
Ни мук его, ни им свершенных зол, —
 
Очам, привыкшим видеть лик запретный
 
И не узнавшим милого лица.
 
Так мучаясь, не раз, а много раз
 
Он поражал глазницы, и из глаз
 
Не каплями на бороду его
 
Стекала кровь — багрово-черный ливень
 
Ее сплошным потоком орошал.
 
Поистине их счастие былое
 
Завидным было счастьем. А теперь
 
Стенанье, гибель, смерть, позор — все беды,
 
Какие есть, в их доме собрались.
 
 
Хор
 
 
Что с ним теперь?
 
Пришел в себя несчастный?
 
 
Домочадец
 
 
Кричит, чтоб дверь открыли и кадмейцам
 
Отцеубийцу тотчас показали,
 
Который мать… но уст не оскверню…
 
Что сам себя изгонит, чтоб проклятья
 
Он, проклятый, на дом свой не навлек.
 
Он ослабел, и провожатый нужен
 
Несчастному. Он страждет свыше сил.
 
Увидите сейчас… Уже засов
 
Отодвигают… Зрелище такое
 
Разжалобить способно и врага.
 
 
  
КОММОС
 
Хор
 
 
О, как смертному страшно страдания зреть!
 
Никогда я страшнее не видывал мук!
 
Злополучный! Каким ты безумьем объят?
 
Что за демон свирепым прыжком наскочил
 
На твою несчастливую долю?
 
Я не в силах смотреть на тебя, — а меж тем
 
Я о многом узнать, расспросить бы хотел! —
 
Столь ужасный внушаешь мне трепет!