Античная драма

Хор
 
 
На клятву клятвенно отвечу, царь:
 
Не убивал я Лая и убийцу
 
Бессилен указать; но в помощь делу
 
Виновного объявит Аполлон.
 
 
Эдип
 
 
Ты судить верно. Но богов принудить
 
Никто не в силах против воли их.
 
 
Хор
 
 
Скажу другое, лучшее, быть может.
 
 
Эдип
 
 
Хотя б и третье, — только говори.
 
 
Хор
 
 
Тиресий-старец столь же прозорлив,
 
Как Аполлон державный, — от него
 
Всего ясней, о царь, узнаешь правду.
 
 
Эдип
 
 
Не медлил я. Совету вняв Креонта,
 
Я двух гонцов подряд послал за старцем
 
И удивлен, что долго нет его.
 
 
Хор
 
 
Но есть еще давнишняя молва…
 
 
Эдип
 
 
Скажи, какая? Все я должен знать.
 
 
Хор
 
 
Царя, толкуют, путники, убили.
 
 
Эдип
 
 
Слыхал я; хоть свидетеля не видел.
 
 
Хор
 
 
Но если чувствовать он может страх,
 
Твоих проклятий грозных он не стерпит.
 
 
Эдип
 
 
Кто в деле смел, тот не боится слов.
 
 
Хор
 
 
Но вон и тот, кто властен уличить:
 
Ведут богам любезного провидца,
 
Который дружен с правдой, как никто.
 
 
Входит Тиресий.
Эдип
 
 
О зрящий все Тиресий, что доступно
 
И сокровенно на земле и в небе!
 
Хоть темен ты, но знаешь про недуг
 
Столицы нашей. Мы в тебе одном
 
Заступника в своей напасти чаем.
 
Ты мог еще от вестников не слышать, —
 
Нам Аполлон вещал, что лишь тогда
 
Избавимся от пагубного мора,
 
Когда отыщем мы: цареубийцу
 
И умертвим иль вышлем вон из Фив.
 
И ныне, вопросив у вещих птиц
 
Или к иным гаданиям прибегнув,
 
Спаси себя, меня спаси и Фивы!
 
Очисти нас, убийством оскверненных.
 
В твоей мы власти. Помощь подавать
 
Посильную — прекрасней нет труда.
 
 
Тиресий
 
 
Увы! Как страшно знать, когда от знанья
 
Нет пользы нам! О том я крепко помнил.
 
Да вот — забыл… Иначе не пришел бы.
 
 
Эдип
 
 
Но что случилось? Чем ты так смущен?
 
 
Тиресий
 
 
Уйти дозволь. Отпустишь, — и нести
 
Нам будет легче каждому свой груз.
 
 
Эдип
 
 
Неясные слова… Не любишь, видно,
 
Родимых Фив, когда с ответом медлишь.
 
 
Тиресий
 
 
Ты говоришь, да все себе не впрок.
 
И чтоб со мной того же не случилось…
 
 
Хор
 
 
Бессмертных ради, — зная, не таись,
 
К твоим ногам с мольбою припадаем.
 
 
Тиресий
 
 
Безумные! Вовек я не открою,
 
Что у меня в душе… твоей беды…
 
 
Эдип
 
 
Как? Знаешь — и не скажешь?
 
Нас предать замыслил ты и погубить свой город?
 
 
Тиресий
 
 
Себя терзать не стану, ни тебя.
 
К чему попрек? Я не скажу ни слова.
 
 
Эдип
 
 
Негодный из негодных! Ты и камень
 
Разгневаешь! Заговоришь иль нет?
 
Иль будешь вновь упорствовать бездушно?
 
 
Тиресий
 
 
Меня коришь, а нрава своего
 
Не примечаешь — все меня поносишь…
 
 
Эдип
 
 
Но кто бы не разгневался, услышав,
 
Как ты сейчас наш город оскорбил!
 
 
Тиресий
 
 
Все сбудется, хотя бы я молчал.
 
 
Эдип
 
 
Тем более ты мне сказать обязан.
 
 
Тиресий
 
 
Ни звука не прибавлю. Волен ты
 
Пылать теперь хоть самым ярым гневом.
 
 
Эдип
 
 
Я гневаюсь — и выскажу открыто,
 
Что думаю. Узнай: я полагаю,
 
Что ты замешан в деле, ты — участник,
 
Хоть рук не приложил, а будь ты зряч,
 
Сказал бы я, что ты и есть убийца.
 
 
Тиресий
 
 
Вот как? А я тебе повелеваю
 
Твой приговор исполнить — над собой.
 
И ни меня, ни их не трогать, ибо
 
Страны безбожный осквернитель — ты!
 
 
Эдип
 
 
Такое слово ты изверг бесстыдно
 
И думаешь возмездья избежать?
 
 
Тиресий
 
 
Уже избег: я правдою силен.
 
 
Эдип
 
 
За эту речь не ожидаешь кары?
 
 
Тиресий
 
 
Нет, — если в мире есть хоть доля правды.
 
 
Эдип
 
 
Да, в мире, не в тебе, — ты правде чужд:
 
В тебе угас и слух, и взор, и разум.
 
 
Тиресий
 
 
Несчастный, чем меня ты попрекаешь,
 
Тем скоро всякий попрекнет тебя.