Давно забытая планета
СЭКОНД
По дороге к баракам Сандра подводила итоги. Плюс — Умник, Крот, кузнец, баба Кэти и почти все женщины из бараков. Минус — Череп, матка. О Скаре думать не хотелось. Полные ведра оттягивали руки. В одном ведре парное молоко, в другом — простокваша.
Когда миновала мужской дом, услышала вопли и ругань. Поставила ведра на тропу и побежала на голоса.
За бараками дрались женщины. Все против всех и каждая за себя. Дрались яростно, самозабвенно, не жалея ни себя, ни противника.
— Прекратить! — заорала Сандра, но ее никто не услышал. Тогда она сунула два пальца в рот и свистнула. Вместо свиста раздалось шипение. Сандра похлопала глазами, попробовала еще раз. Опять шипение. Ругнувшись, девушка вдохнула поглубже, сжала кулачки и завизжала. Пронзительно и долго-долго. Бабы оглядывались на нее и испуганно замирали. Драка прекратилась. Некоторые попытались скрыться.
— Тихо! — скомандовала Сандра. — Стоять! Кто начал? Начали матка и… Лужа. Сандра поставила обеих рядышком лицом к стене и хорошенько прошлась по спинам новой плеткой матки, стараясь делить удары поровну. Вспомнила о ведрах, послала за ними двух женщин, остальным приказала разводить костер. Лужа таскалась сзади побитой собакой и скулила. Матка тоже держалась неподалеку.
— Делите молоко на всех — приказала Сандра и села у костра. Получилось по полстакана на человека.
— Госпожа, почему ты меня наказала, — ныла Лужа. — Я же твоя.
— Она тоже моя — Сандра зло кивнула на матку. Та втянула голову в плечи.
— Ты меня от смерти спасла, а она тебя убить хотела. — гнула свое Лужа.
— Ты тоже меня убить хотела. Забыла что-ли? А ее я вчера спасла.
Лужа затихла. Сандра огляделась и увидела неожиданное. Женщины после драки выглядели возбужденными, веселыми и даже дружелюбными. Хвастались синяками, царапинами, разбитыми губами и носами, изучали друг у друга поредевшие прически.
Чуть позднее к костру подошли незанятые девушки из мужского дома. Их встретили радостными воплями, неприличными шутками, но вскоре затихли, так как Сандра начала петь. Когда совсем стемнело, к костру приблизились три угрюмые фигуры, остановились за пределами освещенного круга.
— Кто это? — спросила Сандра.
— Они ворот крутят, — объяснила Лужа.
Сандра заглянула в ведра. Там было пусто. Тогда она погнала Лужу домой, велев принести две крынки молока из коридора. Сандра уже изучила иерархическую систему рабства в форте. Наибольшими правами и льготами обладали рабыни хозяина. За ними шли девушки из мужского дома. Красивые, гордые и заносчивые. Власти у них было, может, и больше, чем у рабынь хозяина, но побоев доставалось тоже больше. Потеряв привлекательность, они попадали в бараки. В бараках была своя иерархия, где самым страшным считалось попасть на ворот. Это была тяжелая, однообразная работа — крутить с утра до ночи огромный ворот насоса, качать на поля воду. На ворот попадали те, кто выжил после страшных наказаний — выжигания глаз и отрубания рук. Для того, чтобы крутить ворот нужны были только сильные ноги. Глаза и руки были не нужны. Тех, кто работал на вороте, сторонились и боялись. С ними старались не разговаривать, их старались не замечать.
Когда Лужа вернулась, Сандра взяла у нее крынку, подошла к темным фигурам.
— Пейте, бабы. Это ваша доля.
— Ты знаешь, кто мы? — недоверчиво спросила одна из женщин.
— Вы на вороте работаете. Пейте молоко, оно хорошее. Я сегодня утром надоила.
Сандра сунула крынку в руки одной из женщин, та осторожно взяла ее лопатками ладоней, с которых были обрублены все пальцы, поднесла ко рту, отхлебнула.
— Молоко… Настоящее. Сколько лет не пила.