Поэзия английского романтизма XIX века

83
 
 
И сам когда-то с пира или бала
 
Не уходил я, каюсь, до конца.
 
Прекрасных женщин видел я немало
 
И дев, пленявших юностью сердца,
 
Следил, — о, время! — кто из них блистала
 
И после ночи свежестью лица.
 
Но лишь одна, взлетев с последним танцем,
 
Одна могла смутить восток румянцем.
 
 
84
 
 
Не назову красавицы моей,
 
Хоть мог бы: ведь прелестное созданье
 
Лишь мельком я встречал, среди гостей.
 
Но страшно за нескромность порицанье,
 
И лучше имя скрыть, а если к ней
 
Вас повлекло внезапное желанье —
 
Скорей в Париж, на бал — и здесь она,
 
Как в Лондоне, с зарей цветет одна.
 
 
85
 
 
Лаура превосходно понимала,
 
Что значит отплясать, забыв про сон,
 
Ночь напролет в толпе и в шуме бала.
 
Знакомым общий отдала поклон,
 
Шаль приняла из графских рук устало,
 
И, распрощавшись, оба вышли вон,
 
Хотели сесть в гондолу, но едва ли
 
Не полчаса гребцов проклятых звали.
 
 
86
 
 
Ведь здесь, под стать английским кучерам,
 
Гребцы всегда не там, не в нужном месте.
 
У лодок также давка, шум и гам —
 
Вас так помнут, что лучше к ним не лезьте.
 
Но дома «бобби»  [279]помогает вам,
 
А этих страж ругает с вами вместе,
 
И брань стоит такая, что печать
 
Не выдержит, —  я должен замолчать.
 
 
87
 
 
Все ж, наконец, усевшись, по каналу
 
Поплыли граф с Лаурою домой.
 
Был посвящен весь разговор их балу,
 
Танцорам, платьям дам и — боже мой! —
 
Так явно назревавшему скандалу.
 
Приплыли. Вышли. Вдруг за их спиной —
 
Как не прийти красавице в смятенье! —
 
Тот самый турок встал, как привиденье.
 
 
88
 
 
«Синьор! — воскликнул граф, прищурив глаз, —
 
Я вынужден просить вас объясниться!
 
Кто вы? Зачем вы здесь и в этот час?
 
Быть может… иль ошибка здесь таится?
 
Хотел бы в это верить — ради вас!
 
Иначе вам придется извиниться.
 
Признайте же ошибку, мой совет».
 
«Синьор! — воскликнул тот, — ошибки нет,
 
 
89
 
 
Я муж ее!» Лауру это слово
 
Повергло в ужас, но известно всем:
 
Где англичанка пасть без чувств готова,
 
Там итальянка вздрогнет, а затем
 
Возденет очи, призовет святого
 
И вмиг придет в себя — хоть не совсем,
 
Зато уж без примочек, расшнуровок,
 
Солей, и спирта, и других уловок.
 
 
90
 
 
Она сказала… Что в беде такой
 
Могла она сказать? Она молчала.
 
Но граф, мгновенно овладев собой:
 
«Прошу, войдемте! Право, толку мало
 
Комедию ломать перед толпой.
 
Ведь можно все уладить без скандала.
 
Достойно, согласитесь, лишь одно:
 
Смеяться, если вышло так смешно».
 
 
91
 
 
Вошли. За кофе сели. Это блюдо
 
И нехристи и христиане чтут,
 
Но нам у них бы взять рецепт не худо.
 
Меж тем с Лауры страх слетел, и тут
 
Пошло подряд: «Он турок! Вот так чудо!
 
Беппо! Открой же, как тебя зовут.
 
А борода какая! Где, скажи нам,
 
Ты пропадал? А впрочем, верь мужчинам!
 
 
92
 
 
Но ты и вправду турок? Говорят,
 
Вам служат вилкой пальцы. Сколько дали
 
Там жен тебе в гарем? Какой халат!
 
А шаль! Как мне идут такие шали!
 
Смотри! А правда, турки не едят
 
Свинины? Беппо! С кем вы изменяли
 
Своей супруге? Боже, что за вид!
 
Ты желтый, Беппо! Печень не болит?
 
 
93
 
 
А бороду ты отрастил напрасно.
 
Ты безобразен! Эта борода…
 
На что она тебе? Ах да, мне ясно:
 
Тебя пугают наши холода.
 
Скажи, я постарела? Вот прекрасно!
 
Нет, Беппо, в этом платье никуда
 
Ты не пойдешь. Ты выглядишь нелепо!
 
Ты стриженый! Как поседел ты, Беппо!»
 
 
94
 
 
Что Беппо отвечал своей жене —
 
Не знаю. Там, где камни древней Трои
 
Почиют ныне в дикой тишине,
 
Попал он в плен. За хлеб да за побои
 
Трудился тяжко, раб в чужой стране.
 
Потом решил померяться с судьбою,
 
Бежал к пиратам, грабил, стал богат
 
И хитрым слыл, как всякий ренегат.
 
 
95
 
 
Росло богатство и росло желанье
 
Вернуться под родимый небосклон.
 
В чужих краях наскучило скитанье,
 
Он был там одинок, как Робинзон.
 
И, торопя с отчизною свиданье,
 
Облюбовал испанский парус он,
 
Что плыл на Корфу  [280]. То была полакка  [281], —
 
Шесть человек и добрый груз tobacco.
 
 
96
 
 
С мешком монет, — где он набрать их мог! —
 
Рискуя жизнью, он взошел на судно.
 
Он говорит, что бог ему помог.
 
Конечно, мне поверить в это трудно,
 
Но хорошо, я соглашусь, что бог,
 
Об этом спорить, право, безрассудно.
 
Три дня держал их штиль у мыса Бон  [282],
 
Но все же в срок доплыл до Корфу он.