Собрание сочинений. Т. 5
Часть 19 из 164 Информация о книге
* * *Отчего ж она сердита?У сестренки вечно свита!Сколько лет ей? Шесть.Как зовут сестренку? Бетти.Так и липнут к ней все дети…Странно. Что за честь?Ведь она скорее братик:Синий пестренький халатик,Хуже нет в шкафу!Кнопкой нос, нога мальчишки,Вечно задраны штанишки,Нос в веснушках. Фу!Разве все вокруг слепые?Дети — пусть, но и большие,Даже старики!..Даже глупые бульдогиТычут Бетти мордой в ноги,Тоже чудаки…Каждый день встает Сусанна,Смотрит в зеркало с диванаИ дрожит со сна:Видно, правды нет на свете…Почему все любят Бетти,А она — одна?СТРАННЫЙ ЦАРЬ *
(Быль)
Простой моряк, голландский шкипер,Сорвав с причала якоря,Направил я свой быстрый клиперНа зов российского царя.На верфи там у нас, бывало,Долбя, строгая и сверля,С ним толковали мы немало,Косясь на ребра корабля.Просил: везу в его столицуСемян горчицы полный трюм.А я хотел везти корицу…Уж он не скажет наобум!Вошел в Неву… Бескрайней топьюСерели низкие края.Вздымались свай гигантских копья,Лачуги, бревна… Толчея!И вот о борт толкнулась шлюпка,Вошел, смеется: «Жив, камрад?»Камзол, ботфорты, та же трубка,Но новый — властный, зоркий взгляд.Я сам плечист и рост немалый,—Но перед ним, помилуй Бог,Я — как ребенок годовалый…Гигант! А голос — зычный рог.Все осмотрел он, как хозяин:Пазы, и снасти, и борта,—А я, как к палубе припаян,Стоял в тревоге, сжав уста.Хватил со мной по стопке рома,Мой добрый клипер похвалил,Сел в шлюпку… «Я сегодня дома,—Царица тоже» — и отплыл.Как сон, неделя промелькнула.Я помню низкий потолок,Над койкой карты, два-три стула,Токарный у стены станок,План Питербурха в белой раме,Простые скамьи вдоль сеней.Последний бюргер в АмстердамеЖивет богаче и пышней!Денщик принес нам щи и кашу.Ожег язык — но щи вкусны…Царь подарил мне ковш и чашу,Царица — пояс для жены.Со мной не прерывая речи,Он принимал доклад вельмож:Я помню вскинутые плечиИ гневных губ немую дрожь…А маскарады, а попойки!И как на все хватало сил:С рассвета подымался с койки,А по ночам, как шкипер, пил.В покоях дым, чадили свечки.Цуг дам и франтов разных лет,Сжав губки в красные сердечки,Плясали чинный менуэт…Царь Петр поймал меня средь зала:«Скажи-ка, как коптить угрей?»На свете прожил я немало,Но не видал таких царей!Теперь я стар, и сед, и тучен.Давно с морского слез коня…Со старой трубкой неразлучен,Сижу и греюсь у огня.А внучка Эльза, — непоседа,Кудряшки ярче янтарей,—Все пристает: «Ну, что же, деда,Скажи мне сказочку скорей!»Не сказку, нет… Но быль живую,—Ее я помню, как вчера.«Какую быль? Скажи, какую?»Про русского царя Петра.План Питербурха в белой раме,Простые скамьи вдоль сеней.Последний бюргер в АмстердамеЖивет богаче и пышней!Денщик принес нам щи и кашу.Ожег язык — но щи вкусны…Царь подарил мне ковш и чашу,Царица — пояс для жены.Со мной не прерывая речи,Он принимал доклад вельмож:Я помню вскинутые плечиИ гневных губ немую дрожь…А маскарады, а попойки!И как на все хватало сил:С рассвета подымался с койки,А по ночам, как шкипер, пил.В покоях дым, чадили свечки.Цуг дам и франтов разных лет,Сжав губки в красные сердечки,Плясали чинный менуэт…Царь Петр поймал меня средь зала:«Скажи-ка, как коптить угрей?»На свете прожил я немало,Но не видал таких царей!Теперь я стар, и сед, и тучен.Давно с морского слез коня…Со старой трубкой неразлучен,Сижу и греюсь у огня.А внучка Эльза, — непоседа,Кудряшки ярче янтарей,—Все пристает: «Ну, что же, деда,Скажи мне сказочку скорей!»Не сказку, нет… Но быль живую,—Ее я помню, как вчера.«Какую быль? Скажи, какую?»Про русского царя Петра.