Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный.

  
СТИХ 111
 
ГОЛОВА КЫСКЫЙДААН КУО
 
 
 
Алаатанг-улаатанг!!!
 
О, тяжко, о, больно мне!!!
 
Милосердного племени сын
 
С поводьями солнечными за спиной,
 
Ты ненавистен мне!
 
 
 
Заманил меня в западню,
 
Обманул меня и убил…
 
Ты обрек теперь на гибель себя,
 
Ты проклят теперь навек…
 
Три светлых твоих души
 
Рассеются без следа…
 
 
 
О, как билось могучее сердце мое!
 
О, как влюбилась я
 
В белую плоть твою!
 
О, как жаждала я тебя,
 
Предалась тебе всей душой…
 
 
 
Предательством черным ответил ты!
 
Я погублена коварством твоим,
 
Отрублена моя голова…
 
Заклятьем последним своим
 
Заклинаю, убийца, тебя:
 
Чтоб вовек тебе женщины не обнимать,
 
Чтоб тебе с женою не спать,
 
Чтоб жене твоей не рожать,
 
Не носить детей, не качать!
 
 
 
Ну, а если ты
 
Детей породишь —
 
В дни, когда
 
Твой сынок подрастет,
 
Лук и стрелы впервые
 
В руки возьмет,
 
Когда под кровом твоим
 
Красавица-дочь подрастет,
 
Ножницы в руки возьмет
 
Нежной прелестью расцветет,
 
Я проскочу в твой дом
 
Сквозь трубу очага твоего,
 
Я отомщу тебе!
 
Если не с тебя самого,
 
То с твоих рысенят взыщу!
 
 
 
В вечных муках отныне живи!
 
Никогда, ни в чем
 
Отрады не знай,
 
Час рождения своего проклинай! —
 
Умолкла мертвая голова,
 
Унеслись проклятья ее…
 
 
 
Тут богатырь Юрюнг Уолан
 
Труд тяжелый свой завершил:
 
Труп чудовищный
 
Дочери абаасы
 
С крутого обрыва он
 
Бросил в море Муус-Кудулу,
 
В огнереющую волну,
 
В бушующую глубину.
 
Ухватив за длинный железный клюв,
 
Голову чудовища он
 
Далеко в пучину швырнул.
 
Вырвав с корнями, с землей
 
Мерзлую огромную ель,
 
Три дня и три ночи Юрюнг Уолан
 
Деревом пучину крутил,
 
Темные глубины мутил.
 
Закипел, закружился водоворот
 
И останки страшной невесты его
 
Бесследно в бездну унес…
 
 
 
Богатырь Юрюнг Уолан,
 
Горностаем оборотясь,
 
Тайную пору отыскал,
 
В темное подземелье проник,
 
Сверкающую в темноте
 
Живую воду он увидал
 
В чашке соболя черепной,
 
Выпил глоток ее,
 
Выбежал из норы,
 
Принял свой прежний вид.
 
Удесятерилась в теле его
 
Дивная богатырская мощь
 
От глотка небесной воды…
 
 
 
Выпрямился горделиво он,
 
Расправил плечи свои;
 
Воспрянул отважный дух,
 
Засверкали ярко глаза,
 
Заалели губы его,
 
Заблестели белые зубы его,
 
Начал грозные он слова выкликать,
 
На бой врага вызывать…
 
 
  
СТИХ 112
 
ЮРЮНГ УОЛАН
 
 
 
Смотрите, богатыри,
 
Вы, с поводьями за спиной
 
Светлые сыновья
 
Солнечного рода айыы;
 
Вы, бедные дочери и сыновья
 
Человеческих разоренных племен,
 
В черной неволе, в плену
 
Томящиеся с давних времен,
 
Угнетенные тяжело,
 
Утесненные злобным врагом,
 
Счастье наше опять
 
Улыбается нам!
 
 
 
В себе я дивную мощь разбудил
 
Дьэсегея живой водой!
 
Я проклятый этот алас,
 
Я подземный сумрачный мир
 
Опрокину и расплещу,
 
Переверну вверх дном,
 
Как берестяное ведро!
 
Я заплесневелый этот край растопчу,
 
Я железный дом сокрушу,
 
Где томится невеста моя,
 
Обещанная подруга моя,
 
Милая Туйаарыма Куо!
 
Я спасу из плена ее,
 
Я унесу ее
 
Из бездонной подземной тьмы
 
На зеленое лоно
 
Средней земли,
 
Озаренное светом небес!
 
Хитрость твоя не поможет тебе,
 
Похититель, разбойник ночной,
 
Уот Усутаакы…
 
Я все племя твое перебью,
 
Я колени им раздроблю,
 
Длинные кости их сокрушу,
 
Короткие кости
 
Шугою пущу! —
 
 
 
А пока Юрюнг Уолан
 
Врагам расправою угрожал,
 
Пока собирался он
 
Растоптать весь подземный мир,
 
Раскатился вдруг оглушительный гром,
 
Ужасающий свист и шум…
 
Явился — отколь ни возьмись —
 
Восьминогий, чудовищный
 
Медный змей;
 
Юрюнг Уолана-богатыря
 
Толстыми кольцами он оковал,
 
В грудь ему жало вонзил,
 
Начал жадно пить
 
Его алую кровь
 
И, отвалившись от жертвы своей,
 
Буйно выкрикивать стал…
 
 
  
СТИХ 113
 
ОГНЕННЫЙ ЗМЕЙ
 
 
 
Аар-дьаалы! Аарт-татай!
 
А-а, вы — отродья рода айыы,
 
Вот вы, оказывается, каковы,
 
Обузданные с хребта,
 
С жалостливой душой
 
Дети солнечной высоты…
 
Я-то думал: вы — удальцы,
 
Я-то думал: вы — хитрецы,
 
На всякие выдумки мудрецы,
 
А выходит, вы — хвастуны,
 
Толстоголовые дураки,
 
Бестолковые
 
Ротозеи, глупцы!
 
Жиром тело питаете вы,
 
Жажду молоком утоляете вы,
 
Оттого вы дюжи в плечах,
 
Оттого вы дерзки в речах.
 
Ох, как возгордились вы предо мной,
 
Ох, как вознеслись надо мной!
 
А ведь стоит мне рукою махнуть —
 
Вам не устоять на ногах…
 
Стоит руку мне протянуть,
 
Я любого из вас возьму,
 
Шевельнуться не дам ему…
 
 
 
Вы, глупцы, позабыли, видать,
 
Что нет среди вас никого,
 
По силе равного мне?
 
Я могучий, бессмертный дух
 
Бездонного моря Муус-Кудулу,
 
Уот Усутаакы-исполин!
 
И ты у меня —
 
Средь белого дня,
 
Из дома железного моего,
 
Из крепости неприступной моей
 
Выкрасть решил
 
Туйаарыму Куо,
 
Милую подругу мою?!
 
Видно, мало тебе
 
Щелчка моего?
 
Видно, ты захотел
 
Кулака моего! —
 
И раскатистым хохотом громовым
 
Захохотал исполин…
 
 
 
А для солнцерожденного сына айыы
 
Солнечный свет померк,
 
Смерть свою почувствовал он,
 
Посинело его лицо,
 
С трудом дыхание переведя,
 
В судороге трепеща,
 
Тихо он простонал…