Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный.

  
СТИХ 83
 
АЙЫЫ УМСУУР
 
 
 
Доом-эрэ-доом!!! Доом-эрэ-доом!!!
 
Он наступил —
 
Долгожданный день
 
Пенья заклятий моих,
 
Исполненья велений моих…
 
 
 
На колени словом одним
 
Подымала, бывало, я
 
Мертвецов, пролежавших
 
По девять лет,
 
Чьи в могиле сверху тела
 
На три пальца плесенью обросли,
 
Чьи на шесть пальцев снизу тела
 
Промокли, гнилью пошли…
 
На ноги подымала я
 
Пролежавших семь лет под землей…
 
На призыв мой убитые богатыри,
 
По три года лежавшие под землей,
 
С кликом подымались на бой…
 
 
 
Время твое пришло —
 
Окоченевшим телом своим,
 
Костями застывшими пошевелись,
 
Бездыханный — вздохни,
 
От сна пробудись!
 
 
 
От Аар Тойона —
 
Отца твоего,
 
Сняв с высокой его головы
 
Священный волос живой,
 
Дарующий три века тебе,
 
Втрое свив его,
 
Как сверкающий золотой аркан,
 
Я опускаю тебе
 
В пропасть, на глубокое дно…
 
 
 
Этим волосом золотым,
 
Этим арканом волосяным
 
Пятикратно ты обвяжись,
 
Опояшься надежно им,
 
Руками за волос ухватись,
 
Крепче держись…
 
Да будет благословенье с тобой!
 
Уруй-уруй!
 
Уруй-айхал!
 
 
 
Дымом пусть отлетит от тебя
 
Дыханье подземных бездн,
 
Пусть отхлынет, отринется от тебя
 
Наваждение адьарайских чар.
 
Плесень белая, выросшая на тебе,
 
Пусть осыплется без следа!
 
Плесень желтая, выросшая под тобой,
 
Пусть отвалится от тебя!
 
Доом-эрэ-доом!
 
Громче, песня моя, звучи,
 
Звонче, бубен, греми!
 
 
 
Так, все звучней и звучней
 
Колотушкой прозрачной своей
 
В бубен тугой
 
«Дор-дор» стуча,
 
«Дом-дом» крича,
 
Все быстрей и быстрей кружась,
 
Бубенцами бряцая,
 
Кистями мелькая,
 
Изгибаясь станом своим,
 
Из волоса золотого она
 
Сверкающий длинный аркан свила;
 
Золотую
 
Звонко звенящую нить
 
В провал опускать начала…
 
 
 
Звонкая нить золотая,
 
Ярко сверкая, мелькая,
 
Молнией ниспадая,
 
Пала на глубокое дно,
 
Прямо на широкую грудь
 
Всадника-удальца,
 
Скачущего на Мотыльково-белом коне
 
Юрюнг Уолана-богатыря.
 
Ожило сердце застывшее в нем,
 
Белая плесень
 
На теле его
 
Облетела, осыпалась без следа;
 
Плесень желтая,
 
Что на нем наросла,
 
Отвалилась от дюжей спины,
 
Отринулась от тела его;
 
Одеревеневшие мышцы его,
 
Застывшие до костей,
 
Отогрелись, движение обрели,
 
Начали под кожей играть,
 
Подергиваться пошли…
 
 
 
Золотого волоса звон услыхав,
 
Блеск его в темноте увидав,
 
Юрюнг Уолан его ухватил;
 
С боку на бок повертываясь тяжело,
 
Волосом отца золотым
 
Пятикратно перепоясался он
 
Поперек поясницы своей;
 
Грузно хлопнуло преисподней дно,
 
Когда оторвался Юрюнг Уолан
 
От невылазной трясины его…
 
 
 
Всколебалась подземная глубина.
 
Тут, появившись из темноты,
 
На пять пальцев повыше богатыря,
 
Пядей на пять в обхвате
 
Потолще его,
 
Из железа выкованный человек
 
Двумя руками обнял его,
 
Двумя ногами его обхватил,
 
Голосом громовым
 
Гулко заговорил.
 
 
  
СТИХ 84
 
ЖЕЛЕЗНЫЙ ЧЕЛОВЕК
 
 
 
Буй-а, буй-а, буйака!!!
 
Буй-а, дай-а, дайака!!!
 
С поводьями солнечными за спиной
 
Добросердечный сын
 
Рода исполинов айыы,
 
Порожденный на небесах,
 
Летающий на Мотыльково-белом коне
 
Юрюнг Уолан — дядя мой,
 
Выбраться мне на свет помоги,
 
Вынеси отсюда меня —
 
Родича младшего твоего!
 
Девятый год миновал,
 
Как упал я в этот провал;
 
Насквозь меня здесь
 
Мороз прохватил,
 
Оброс я плесенью за девять лет,
 
От ржавчины кровавой зардел…
 
 
 
Непрерывное дыханье мое
 
В безотзывной тьме
 
Прерывалось порой,
 
В безмерной муке, в тоске,
 
Бессмертное дыханье мое
 
Замирало и оживало вновь…
 
Смерть голодную
 
В песню я превратил,
 
Погибель студеную я воспел…
 
 
 
Отслужу тебе службой любой,
 
Сильным буду твоим слугой;
 
Сена гору за лето накошу
 
Всем рогатым коровам твоим,
 
Гору дров в лесу припасу,
 
Чтоб огонь не гас в твоем очаге!
 
Дозорным буду твоим
 
Пастухом — стада твои охранять,
 
Проворным табунщиком буду твоим
 
Коней в косяки сбивать,
 
Жеребят двухлетних
 
В варок загонять,
 
На телят намородники надевать…
 
Просторные хлевы твои
 
Буду в чистоте я держать;
 
Не найдешь работника лучше меня —
 
Я сильнее вола,
 
Я быстрее коня.
 
Только выбраться мне помоги,
 
Выкарабкаться на свет,
 
Вытяни меня, подыми
 
Из погибельной глубины! —
 
 
 
Так грохочущим голосом говорил,
 
Тяжело повиснув на богатыре,
 
Железный тот человек.
 
 
 
И подумал Юрюнг Уолан:
 
«Пожалуй, если его оттолкну, —
 
Поди, мол, прочь от меня! —
 
Если по-доброму не приму
 
Складно обузданные его,
 
Ладно оседланные слова,
 
Если отвергну разумную речь,
 
Может быть, лучшего из людей,
 
Поклявшегося мне верно служить,
 
Просящего помощи у меня,
 
Если я оторву его от себя,
 
Брошу его в беде,
 
Позор падет на меня,
 
Поносить будут имя мое
 
Три племени в трех великих мирах…»
 
 
 
Так подумал Юрюнг Уолан
 
И железному человеку сказал:
 
— Если хочешь выйти со мной, выходи! —
 
 
 
Долго ль, скоро ли подымались они,
 
Выкарабкались, наконец,
 
Вышли на поверхность земли;
 
Взглянул Юрюнг Уолан
 
На спутника своего,
 
Видит — кованый, звонкий пред ним,
 
Как трехзубая острога,
 
Адьарай железный стоит,
 
Раскатисто говорит.