Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный.
Часть 46 из 147 Информация о книге
СТИХ 71
ЧЕРНЫЙ ЧАЛЫЙ ВОРОН
Алаатанг-улаатанг, богатырь!Опрокинул ты гору в провал,Адьараев древний путь заградил,Ты дорогу в подземный мир завалил,Ты великий грех совершил…Этим путем испокон вековТри племени трех великих мировОпускаться могли, подыматься могли.Пусть верхний широкий путьНе пропустит душу твою,Не примет трех твоих темных теней!Пусть нижний страшный путьНикогда не пропустит тебя!Жертвой несчастья станьНа девяти поворотах дорог!Попадай в беду, пропадайНа восьми перекрестках дорог! —Такое проклятие прокричав,Все пути зловеще закляв,Черный, чалый ворон,Как тень, улетел,Скрылся на северной сторонеХмуро нависших небес.Услышав заклятье его,Ничего не сказал Нюргун Боотур,Только вдруг усталость почувствовал он,Внезапно спать захотел;Дрему не в силах преодолеть,Прямо на землю он прилегИ сразу крепко заснул.Так беспамятно он заснул,Так он громко во сне храпел,Что отгул раскатывался вдалеке,Откликался эхом стократПо чащобам темных лесов,По ущельям горных хребтов…Как мехи кузнеца Куэттээни,Подымались его бока,Раздувались ноздри его.От могучего дыханья егоШумела степная трава,Шелестела густая листва,Раскачивались дерева.Так в пустыне бедственной тойТридцать суток проспал Нюргун…Налетели белые облака,Навалились черные облака,Повалил, закружился снег,Закипел свирепый буран,Стало холодно на земле…Ночь прошла,Пурга улеглась,Солнце выглянуло,Блеснув на снегу,Засвистела пташка в кустах…Семь оленей пегих в упряжке однойВылетели из чащи лесной,Испугались, шарахнулись вбокИ остановились, дрожа…Тут на длинных нартах своихПоказался старый тунгус — Сортол,Выронил он из рукПогоняльную палку свою.Пытался палку достать,Да не мог дотянуться рукой…Плачущим голосом сталЖалобно он причитать…СТИХ 72
ТУНГУС СОРТОЛ
Аарт-татай! А, приятель-сосед!Ох, старость моя…Ох, усталость моя!Что хуже и тяжелейДолгих дорожных мук,Боли обмороженных рук?Я — самый убогий,Бедный тунгус —Измучен, простыл до костей,Изголодавшийся и больнойЕду — еле живой…Стремительный Нюргун Боотур,Если бы он не спал,Пожалел бы меня, старика,Уж он-то помог бы мне.Сестрица моя, Айталыын Куо!Пожалуйста, палку мою подыми!Нечем без палки мне погонятьУпрямых зверей моих,Упряжных оленей моих! —Так Сортол сказалИ кланяться стал,Лбом о свое колено бия,Косицей седой тряся…Красавица Айталыын КуоСжалилась над стариком,Нагнулась, хотела поднятьПогоняльный олений шест,В этом миг ударило что-то ее,Потемнело у ней в глазах.Как опомнилась Айталыын Куо,Видит она, что лежитНа нартах,В ногах у тунгуса того;С гиком гнал упряжку тунгус,Белым облаком окружен;Семь быстроногих оленей его,Словно призраки, не касаясь земли,Летели, дыша огнем…СТИХ 73
ГОЛОС ТУНГУСА
Ай, красавица с восьмисаженной косой,Айталыын Куо, подруга моя!Как простодушно поверила ты,Что от голода мог ослабеть,Что мог до костей простытьАрдьаман-Дьардьамана сын,Отважный тунгус-богатырь,Бохсоголлой Боотур удалой!Какое сокровище я украл,Какую редкую дичь поймал!Хорошо, что будет в жилище моемДостойная хозяйка-хотун,Подруга — милая для меня! —Так говоря, тунгус миновалДевять перевалов крутых,Восемь диких горных кряжей…ПЕСНЬ ЧЕТВЕРТАЯ
СТИХ 74
Коль раскрою свойЗадремавший рот,Коль развяжуПродневавший рот, —Подземный мирБездонную пастьРаскрывать понемногу начнет.С восьмикрайней, восьмиободной землей,С холмистым аласом своим,С долиной простясь родной,Летающий над землейНа Мотыльково-белом конеЮрюнг Уолан миновалПерекресток восьми дорог,Развилину девяти дорог;По горам протоптавСверкающий путь,На закат направился он,В полет скакуна пустил,Все быстрее, быстрее гоня,Только по следу закурилась пыль,Только заклубился туман…Скакал богатырь,На привал не вставал.Он приход зимыПо снегам узнавал,Наступленье весныПо дождям примечал.Пределы елани своейОн оставил давно за спиной,Дебри лесные проехал он,Тундру хмурую пересек;Топи непролазные,Зыбуны,Что нечистью всякой полны,Те — по воздуху перелетел,Те — разбрызгал,Конем расплескал…Края землиДостиг, наконец.По дороге — ступенчатой,Как горловина,В подземную глубинуМедленно Юрюнг УоланОсторожно спускаться стал,Боком ступатьЗаставляя коня.То рысью,То шагомОн проезжалНеведомые места.В густеющих сумерках перед нимПо краям дороги крутойБелели кости богатырей,Пропавших в древние временаЛюдей уранхай-саха;В вихре, налетающем из глубины,Кружились высохшие черепа,Призраки метались во тьме.Неутомимо Юрюнг УоланПо крутой дороге спешил,По великому гибельному пути.Чьи-то руки тянулись к нему,Подставляя, как черпаки,Ладони в черной крови.Чьи-то клювы кривыеТянулись к нему,Щелкая и свистя…Низко над его головойШарахалась в темноте,Хохоча и визжа,Илбис Кыыса;То ли пел над ним,То ли вылВестник смертиОсол Уола…И вот, глубоко под землей,На распутье восьми дорог,На узле девяти дорогУвидел Юрюнг УоланНевиданное никем до того:Грозное в величьи своем,Слышное за девять днейШумом прибойных волн,Ощутимое за шесть днейСтуденым дыханьем своим,Различимое за три дняВсплеском вздымающихся валов,Мутно-реющееВ безбрежьи своем,Бескрайнее ледовитое мореМуус-Кудулу-БайгалРаскинулось перед ним…Опустясь по крутому пути,Очутился Юрюнг УоланНа узком выступе береговом,На обрывистой гранитной грядеЧародейной северной стороныБушующей пучины морской;Некуда было вперед пойти,Нельзя воротиться назад.Тут виднеющийся высокоНад изгородью столбовойМотыльково-белый его скакун,Широко расставив четыре ноги,Как четыре белых столба,В срок, пока закипят на огнеПо очереди два больших котла,Выпустил шумно мочу,Как бушующий водопад,Как три разлившиеся реки,И на языке уранхай-сахаЧеловеческим голосом заговорил.