Валентина

Она подошла к двери и крикнула – ей не терпелось отправиться в путь. По лестнице поднялась Яна и сообщила, что карета готова. Путешествие займет почти неделю; форейтору Кадору было всего семнадцать, но тем не менее она дала и ему, и старому кучеру по пистолету, чтобы защищаться от грабителей в дороге и на постоялых дворах, она не взяла с собой денег – только драгоценности, которые зашила под подкладку своего дорожного саквояжа. Кадору дали несколько крон, чтобы оплачивать еду и гостиницы.
– Прощай, Яна. Ведь письмо у тебя? Хорошо. Отдай его сестре, как только та вернется. И не бойся, она тебя не тронет.
– Мадам, мадам, – крикнула ей вслед Яна, – а что, если вас схватит граф?
– Не схватит, – сказала Валентина. – Я постараюсь прислать вам записочку из Варшавы.
Спустя несколько минут карета мчалась по той же дороге, по которой более четырех месяцев назад ехал Де Шавель, а она стояла у окна и молила Бога, чтобы он вернулся к ней. С того утра она сильно изменилась, постоянная тревога способствовала ее повзрослению. Она поняла, что значит испытывать физическое влечение, настолько сильное, что она была не в состоянии заснуть, поняла, что значит безграничная, приносящая сладостные муки нежность. Валентина поняла, что такое любовь, и все это сделало ее женщиной. Когда она уверяла Яну, что граф не сможет схватить ее, она не лгала. У нее тоже был пистолет, и она пустит его в дело, если он только попытается сделать это.