Беовульф

 
3025
орлу выхваляющийся
обильной трапезой,
ему уготованной,
и как он храбро
на пару с волком
трупы терзает! [175]»
Так поведал
гонец доброчестный
скорбные вести,
и не солгал он
 
3030
ни в слове, ни в деле.
Встала дружина;
пошли воители,
слезами облившись,
к Орлиным Скалам
взглянуть на чудо:
там, на песке,
под закатным небом
владыка лежал
бездыханный, воин,
 
3035
правивший ратью
долго и праведно,
щедрый на кольца,
а ныне похищенный
смертью в сражении,
державный ведер;
там же виднелось,
вблизи героя,
тело драконье,
плоть распростертая
 
3040
мертвого змея,
червя зломерзкого
труп, опаленный
пламедыханием
(туша твари
ступней в пятьдесят
была длиною);
в небо взвиваясь,
в ночи бесчинствовал
дракон, а утром
 
3045
скрывался в пещере —
смерть разлучила
кладохранителя
с его владением:
кубки, чаши,
блюда лежали
рядом со стражем,
ржавые лезвия,
кольчуги истлевшие
(долго покоился
 
3050
клад, наследие
древнего племени,
в том подземелье,
тысячезимнее
златосокровище,
крепко заклятое,
дабы не смел
ни единый смертный
его коснуться, —
лишь Вождь Небесный,
 
3055
Создатель, властен
открыть богатства
тому, кто взыскан
его благосклонностью,
милостью Божьей,
мужу достойному!)
Но стало ясно,
что не было счастья
владельцу богатства,
казны курганной,
 
3060
ибо и воин
погиб в сражении,
и страж сокровищ
не смог избегнуть
возмездия в битве.
Не знает смертный
урочного часа
своей кончины,
и все же уходит
он, обреченный,
 
3065
из зала для пиршеств,
друзей покинув.
Так сделал Беовульф,
когда решился
на бой с драконом,
а сам и не ведал,
за что он в битве
заплатит жизнью:
тот клад до скончанья
веков заклятьем
 
3070 [176]
таким заречен был,
что станет смертный,
в грехах погрязнув,
молиться идолам
и, в цепи ада
попав, запятнает
себя пороками
еще допрежде,
чем ступит на это
место проклятое,
 
3075
раньше, чем взглянет
на это золото!
Молвил Виглаф,
сын Веохстана:
«Порой погибает
один, но многих
та смерть печалит —
так и случилось!
Наших советов
не принял пастырь, [177]