Антоний и Клеопатра

МЕЦЕНАТ
Он уравнял хорошее с дурным.
АГРИППА
Едва ль бывало ярче дарованье.
Но боги, чтобы сделать нас людьми,
Пороками нас наделяют. Цезарь
Волнуется.
МЕЦЕНАТ
Я думаю! Пред ним
Вместительное зеркало, и в раме
Вся жизнь его.
ЦЕЗАРЬ
Антоний, я довел
Тебя до этого? Но мы ведь режем
Болячки на себе. Один из нас
Был должен рухнуть на глазах другого.
Вдвоем на свете мы б не ужились.
И все ж кровавыми слезами сердца
Теперь я плачу, брат, советник, друг,
Помощник мой в великих начинаньях,
Товарищ в битвах, правая рука
И сердце, чьим огнем мое горело, —
О том, что наши судьбы разделил
Неумолимый рок. Я покажу вам, —
Входит ЕГИПТЯНИН.
А впрочем, после. Расспрошу сперва
Гонца, хотя с каким он порученьем,
Сейчас же видно по его лицу.
Откуда будешь ты?
ЕГИПТЯНИН
Я родом бедный
Египтянин. Владычица моя,
Укрывшись в склепе (все, что ей осталось),
Заблаговременно желает знать,
Что ты назначил ей, чтоб быть готовой.
ЦЕЗАРЬ
Пусть успокоится. Ей сообщат
На днях, каким почетом и довольством
Хотим обставить мы ее. Нельзя
Быть Цезарем и совершать жестокость.
ЕГИПТЯНИН
Спасибо, Цезарь.
(Уходит.)
ЦЕЗАРЬ
Слушай, Прокулей.
Скажи, что унижать ее не будут.
Добейся, чтоб она любой ценой
Пришла в себя, привыкла к положенью
И на себя не наложила рук.
Ведь пребыванье Клеопатры в Риме
Увековечит наше торжество.
Немедленно ступай и возвращайся.
Я знать хочу, что говорит она
И думает.
ПРОКУЛЕЙ
Я все исполню, Цезарь.
(Уходит.)
ЦЕЗАРЬ
Иди с ним, Галл.
ГАЛЛ уходит.
А Долабелла где?
Пусть тоже им поможет.
ВСЕ
Долабелла!
ЦЕЗАРЬ
Оставьте. Вспомнил. Я его услал.
Он занят делом и сейчас вернется.
Пойдем ко мне в палатку. Я хочу
Вам показать, как, вопреки желанью,
Войну мне навязали и с каким
Терпеньем уступал я в переписке.
Пойдем. Взгляните.
Уходят.
 
СЦЕНА ВТОРАЯ
Александрия. Гробница.
Входят КЛЕОПАТРА, ХАРМИАНА и ИРА.
КЛЕОПАТРА
Моя тоска немного улеглась.
Быть Цезарем не столь большая важность.
Ведь он не бог судьбы, а раб судьбы,
Ее слуга. Величье только в шаге,
Которым прекращают все дела,
Приостанавливают перемены
И после спят и спят, забыв навек
Вкус соски, одинаково вскормившей
Царей и нищих.
К дверям гробницы подходят ПРОКУЛЕЙ и ГАЛЛ со стражею.
ПРОКУЛЕЙ
Цезарь шлет привет
Египетской владычице и просит
Узнать, чего ты хочешь от него.
КЛЕОПАТРА
Как ты зовешься?
ПРОКУЛЕЙ
Прокулей.
КЛЕОПАТРА
Антоний
Мне называл тебя и говорил,
Чтоб я тебе доверилась. Однако
С тех пор как безразличен мне обман,
Я не нуждаюсь в правде. Если ж Цезарь
Просительницей хочет увидать
Перед собой царицу, то напомню,
Что венценосцам совестно просить
Чего-нибудь, что было б меньше царства.
Пусть Цезарь сыну моему вернет
Египет. За возврат моих имуществ
Я перед ним колени преклоню.
ПРОКУЛЕЙ
Твой жребий отдан в царственные руки.
Без страха им доверься. Господин
Так полон милости, что изливает
Ее на всех, кому нужда. Позволь
Изобразить ему свою покорность,
И ты в нем победителя найдешь,
Который будет сам просить о праве
Служить тебе, не дожидаясь просьб.
КЛЕОПАТРА
Скажи ему, что я беспрекословно
Передаю ему свои права.
Я каждый час учусь повиновенью
И жажду увидать его в лицо.
ПРОКУЛЕЙ
Я это передам, не беспокойся.
Я знаю, как несносно для него
Быть поводом для стольких огорчений.
ГАЛЛ
Ты видишь, как легко ее схватить.
Прокулей с двумя легионерами влезает в окно гробницы по прислоненной лестнице и становится позади Клеопатры. Остальные легионеры отодвигают засовы и отворяют двери.
Стеречь, покамест не прибудет Цезарь.
(Уходит.)
ИРА
Венчанная царица!
ХАРМИАНА
Ты в плену,
О Клеопатра!
КЛЕОПАТРА
Ну проворней, руки!
(Вынимает кинжал.)
ПРОКУЛЕЙ
(хватает и обезоруживает ее)
Стой, стой, царица, не увечь себя!
Тебя не предают, а выручают.