День гнева (Недобрый день)
Вскоре, слишком поздно, чтобы погасить эти сигналы-вспышки, грозовые тучи медленной массой накатили на небо. Воздух потемнел, и в отдалении мелькнул первый проблеск молнии, предвестник бури.
Королю и его сыну предстояло встретиться вновь.
К концу того дня, когда друзья его и товарищи долгих лет . лежали мертвые под копытами мышастого его скакуна и сотни бессмысленных смертей кровавыми ранами взывали к теперь уже темным и грозным небесам, сомнительно, что Артур даже помнил о том, что Мордред был чем-то иным, чем предателем и прелюбодеем. Прямой разговор, правда одного и правда другого, что сошлись у стола переговоров, вера и доверие, что были почти восстановлены вновь, — все исчезло в первом натиске и буре атаки. На поле вновь вышел Артур. Артур-воитель. Мордред вновь обратился в его врага, и саксонские союзники вновь обратились заклятыми его врагами. Эта битва в прошлом уже кипела и не один раз. Это были Глейн и Агнед, Каэрлеон и Линниус, Каледонский лес и Бадон. И со всех тех полей Артур уходил с победой; во всех них его пророк и советник Мерлин обещал ему победу и славу. И здесь, на поле у реки Кэмел, — это тоже была победа.
К концу того дня, когда над головой грохотал гром и молнии белым расцвечивали небеса и воды Озера, Артур и Мордред вновь сошлись лицом к лицу.
Не было места словам. Какие тут слова? Для Мордреда, как и для его отца, другой теперь — враг. Прошлое осталось в прошлом, а будущего не разглядеть за нуждой покончить с мгновеньем, которое принесет с собой и конец того дня.
Потом говорили, и никто не знает, кто говорил, что в момент встречи, когда два воина, теперь уже пешие и белые от пота и пыли с поля сраженья, узнали друг друга, Мордред задержал поступь и удар. Артур, ветеран множества битв, такого не сделал. Его копье пронзило сына прямо и чисто под ребра.
Кровь хлынула по древку копья, жарким потоком плеснула на руку Артуру. Оставив древко, Артур потянулся за мечом. Мордред рванулся вперед, будто насаженный на вертел и харкающий кровью вепрь. Конец древка ударился в землю. Он оперся на него и, все еще уносимый инерцией наполовину остановленного удара, подошел на расстояние меча к отцу. Рука, мокрая от крови, поерзала с мгновенье, удобней перехватывая рукоять Калибурна, и в это мгновенье, когда сам Мордред уже, умирая, падал наземь, Мордредов меч нанес тяжелый и смертельный удар в голову королю.
Мордред рухнул в луже собственной крови. Артур постоял еще несколько секунд, потом меч выпал из его окровавленной руки, другая рука непослушно приподнялась, будто в попытке отмахнуться от мелкого и незначительного выпада. Потом его тело согнулось, выгнулось, и он тоже упал, и кровь его слилась на земле с кровью Мордреда.
Тучи разверзлись, и стеной пал на землю дождь.