Витязь в тигровой шкуре

Все с Фридоном согласились.
Триста всадников могучих
Отобрал Фридон в дорогу
И коней им выдал лучших.
Утром братья вышли к морю
И, галеры снарядив,
С домочадцами простились
И покинули залив.
Переехав через море,
На коней герои сели;
День и ночь они скакали,
Невредимые доселе.
Уж близка была граница.
И сказал Фридон: «Друзья,
Путь становится опасным,
Дальше двигаться нельзя.
Днем в оврагах укрываясь,
Будем пользоваться ночью.
Скоро грозную твердыню
Вы увидите воочью».
И с тех пор в ночном тумане
Шли они. И наконец
Подняла над ними крепость
Свой сверкающий венец.
Месяц сладостным сияньем
Заливал твердыню каджей.
Сторожили ход подземный
Десять тысяч храбрых стражей.
На скале чернела башня,
Упираясь в небосвод,
И бессонные ходили
Часовые у ворот.
 
Сказание двадцать седьмое.
Взятие Каджети
Царь Фридон сказал героям:
«Вот, друзья, мое решенье:
Если мы пойдем на приступ,
Будет страшное сраженье.
Обрекать себя на гибель
Было б слишком безрассудно:
Тут хоть сотню лет сражайся,
Взять ворота будет трудно.
С детства силу развивая,
Был я славным акробатом,
Перепрыгивал канавы,
Ловко бегал по канатам.
Кто из вас на выступ башни
Мой аркан закинуть может?
Пролетев над головами,
Он врагов не потревожит.
По натянутой веревке
Мне пройти — пустое дело.
Лишь миную я ворота,
Спрыгну на землю умело.
Налетев, подобно вихрю,
Перебью врагов без счета,
Проложу мечом дорогу
И открою вам ворота».
Автандил сказал Фридону:
«Ты, Фридон, известный воин,
Силой рук ты льву подобен
И похвал иных достоин.
Хороши твои советы
И заслуги боевые,
Но взгляни, как близко к башне
Ходят эти часовые.
Слыша звяканье оружья
И кольчуги легкий скрежет,
Стража вмиг тебя заметит
И веревку перережет.
Дело плохо обернется,
И погибнешь ты напрасно.
Принимать совет твой нынче
Безрассудно и опасно.
Если здесь плоха надежда
На военные успехи,
Под купеческим кафтаном
Лучше скрою я доспехи.
Погоняя веткой мула,
Нагруженного поклажей,
Я пройду через ворота
И пропущен буду стражей.
В это время вам с отрядом
Нужно в скалах притаиться.
Если в городе со мною
Ничего не приключится,
Перебью я эту стражу
И ворота вам открою.
Вы появитесь внезапно
И ворветесь вслед за мною».
Тариэл сказал: «Я знаю,
Вы готовы драться смело.
Одного меня оставить
Вы желаете без дела.
Нет, друзья, царевна с башни
Всех увидит нас в бою.
Если я не буду биться,
Потеряю честь свою.
Мой совет вернее ваших:
На три малые отряда,
По сто всадников на каждый,
Нам разбиться нынче надо.
Лишь заря займется в небе,
К трем воротам с трех концов
Подлетим мы и с собою
Приведем своих бойцов.
Увидав, что нас немного,
Каджи бросятся навстречу,
От ворот мы их отрежем
И затеем с ними сечу.
Кто успеет, тот в ворота
Пусть прорвется на коне —
Там пускай он погуляет
И потешится вдвойне».
Царь Фридон сказал с улыбкой:
«Понял я, что это значит:
Конь его подарен мною,
Он быстрее всех доскачет.
Знай об этом я пораньше,
Не расстался б я с конем,
В крепость первым бы ворвался
И оставил вас вдвоем».
Посмеявшись этой шутке,
Братья так и порешили
И отряд бойцов могучих
На три части разделили.
Уж светлело на востоке.
Приближался лютый бой,
Приближалось исполненье
Изреченного судьбой.
Видел этих я героев,
Видел я сраженье это.
Семь планет их покрывали
В эту ночь столпами света.
Тариэл, подобный солнцу,
На коне сидел могучем,
И твердыню пожирал он
Взором пламенным и жгучим.
Этих витязей отважных
С горным я сравню потоком.
Низвергаясь с гор высоких,
Мчит в ущелье он глубоком,
И ревет, и тяжко воет;
Наконец, впадая в море,
Успокоенный, смолкает
И несется на просторе.