Золотой автомобиль-Авантюрист]
– Маэстро будет недоволен, что вы привели его в наше тайное убежище, – решил Портниф, которого отнюдь не убедили путаные теории Приватного Алекса касательно потусторонней и небесной юриспруденции.
– Чушь собачья, – презрительно откомментировал он теории Алекса, однако не развил тему по причине опьянения, а прошел к столу.
– Вы его взяли? – спросил Горчев.
– Кого? – устало откликнулся Портниф.
– Ну этого, Горчева?
– Да, приведут скоро.
– Правда? Так легко схватили?
– Мошенник пьянствовал как ни в чем не бывало, и Рыбец с четырьмя парнями его накрыл.
Горчев как-то сразу сник и закрыл глаза. Удачно получилось: его схватили, пока он пьянствовал, а он и не подозревал об этом.
– И что он натворил, этот Горчев?
– Да просто бесстыжий малый. Ясно, работает на вражескую банду. Но если б он сидел здесь, на твоем стуле, уж я бы ему буркалы пощекотал ножом, так по одному и выдрал бы.
– Стоит ли возиться с каждым глазом в отдельности? Выдрать оба сразу, и дело с концом.
– А ты, парень, не хами! – Портниф вынужден был сесть, поскольку не держался на ногах. Он налил вина и выпил. – Если когда-нибудь мне удастся схватить его за глотку, это будет лучший день в моей жизни!
– Жаль, что к вашим услугам только моя глотка.
– Счастье, что ему не удалось разрушить наш план. Мы поменялись с мошенником Лабу: девушку против автомобиля. А автомобиль спрятали.
– Ладно, тогда все в порядке, – воспрянул духом Горчев. Аннет возвратилась домой – это главное.
Портниф качнулся, уронил руки, стукнулся головой об стол и… заснул. Горчев чувствовал себя не лучшим образом. Безнадежно посмотрел на часы – поздний вечер. Ванек ждет напрасно… Портниф с грохотом свалился со стула – судя по всему, перебрал он основательно. Горчев не шевельнулся его поднять. Свинья… подлый убийца!
Время шло… четверть часа, еще четверть часа. Портниф храпел. Попытка к бегству по коридору в бар не имела смысла. А Приватный Алекс и его дружки по доброй воле не выведут его отсюда. Наконец вошел какой-то сгорбленный малый с невыразительной и плоской физиономией.
– Ура, негодяй в наших руках! – воодушевленно воскликнул он. – Горчев у нас, и сорок тысяч наши.
Загремели шаги, и в комнату втащили основательно избитого и связанного Корто – того самого преступника, который страдал ностальгией.